– Встретимся в «Уэйфарер Инн», в Уокегане, в дальнем зале. Там сейчас все должно быть чисто.
– Понял. Сделаю, как договорились.
Вот, пожалуй, и все. Скоротать время помогало радио: днем бейсбольные матчи с участием «Кабс» или «Сокс»[27], по вечерам музыка. Ни та, ни другая команда не могла похвастаться особыми успехами, но ребята старались на поле, и Лесу нравилось полностью погружаться в игру. По мере того как приближалась встреча с Джонни, его настроение постепенно улучшалось.
– Так, – сказала Хелен, – вижу, хандра проходит.
– Мне гораздо лучше, дорогая. Все идет гладко.
– Тебе не страшно?
– Конечно, страшно, немного. Этот проклятый федерал меня здорово напугал. Еще пара дюймов – и у меня во лбу появилась бы дыра от пули. Я слышал, как она просвистела мимо и сбила с меня шляпу. Надеюсь, именно она предназначалась мне.
– Это не навело тебя ни на какие мысли?
– Конечно, навело. Я понимаю, нет ничего хорошего в том, что наши малыши сейчас у твоего отца. Я желаю сам воспитывать своих детей; не хочу, чтобы их воспитывал дед. Мы не видели их уже три недели, после самого Саут-Бенда. Но я не могу выйти из игры без большого куша, и тогда мы сможем уехать куда-нибудь, зажить спокойной жизнью, купить какой-нибудь бизнес, стать обыкновенными людьми. Однако для такого хода нужны деньги. Нельзя начать с нуля.
Лес не мог сказать, искренни ли его слова. Он повторял их часто, иногда искренне, иногда нет.
– Я обожаю, когда ты говоришь вот так.
– Хелен, я понимаю, как тебе приходится несладко. Ты держишься замечательно. Ты – моя девочка, всегда приходишь мне на помощь… Ты – главная героиня этого кино. Я так тебя люблю – наверное, умру от любви, если меня не прикончат «фараоны». Я – самый счастливый человек на свете.
Далее последовали глупые нежности, которыми обмениваются влюбленные, после чего – секс, доставивший огромное удовольствие.
Глава 21
Кокисвилль, штат Мэриленд
Наши дни
– И чем вы занимаетесь, юная леди? – спросила миссис Тисдейл.
– Я – редактор программы новостей канала «Фокс ньюс» в Вашингтоне, – ответила Никки.
– Терпеть не могу «Фокс ньюс», – сказала миссис Тисдейл.
– Мне часто приходится это слышать.
– Что ж, милочка, постараюсь не держать это против вас. Людям приходится брать то, что им доступно. И все-таки кто этот человек? Он немой?
– Это мой отец. Когда я училась в старших классах школы и приходила домой поздно после свиданий, он говорил, и много. Но сейчас по большей части молчит. Можно сказать, пересох.
Повернувшись, миссис Тисдейл пристально посмотрела на Свэггера. Тот почувствовал себя голым, хотя и был в костюме при галстуке.
– Вы герой? В письме говорилось, вы отличились на военной службе.
– Сам отец не считает себя героем, – заметила Никки. – Он считает, что ему просто везло. Говорит, что всех настоящих героев убили. Но он трижды отправлялся во Вьетнам, хотя одна командировка закончилась преждевременно из-за ранений. С другой стороны, другая затянулась.
– Сэр, а вы сами можете что-нибудь сказать, пожалуйста?
Миссис Тисдейл постаралась оформить свою комнату как можно жизнерадостнее, однако повсюду маячил мрак смерти. Все было желтым: искусственные цветы и картины, изображающие лужайки, ручьи и овечек. И еще здесь стояло медицинское оборудование стоимостью по меньшей мере в миллион, сверкающее, с трубками, ручками и шкалами повсюду, предназначенное для того, чтобы еще несколько секунд продержать в живых тех, кто уже давно должен был умереть. Часть оборудования была подключена к электричеству, другая была таинственно инертной. Каждые несколько секунд что-нибудь пищало. Боб, как и следовало ожидать, терпеть не мог больницы и все остальное, что напоминало ему о том, как он очнулся на Филиппинах и обнаружил, что бедро у него разбито вдребезги, а его наводчика Донни Фена, героя-футболиста и просто отличного парня, командировка которого подходила к концу, больше нет в живых.
– Здравствуйте, – сказал Боб. – Спасибо, что так быстро согласились с нами встретиться.
– Я теперь ничего не могу откладывать надолго.
Детективная фирма, взяв за это весьма приличные деньги, разыскала девяносточетырехлетнюю миссис Тисдейл, урожденную Мэри С. Бриджуотер, здесь, в этом пансионате, где она, пережив или разругавшись со всем своим семейством – хотя ей, похоже, не было до этого никакого дела, – теперь лежала на койке в веселеньком желтом халате, говорившем о ярких воспоминаниях. Эта женщина привыкла смотреть вперед, а не оглядываться назад, – это чувствовалось по ее гордо торчащему подбородку, хотя сейчас она и была подключена к кислородному баллону с помощью маски и трубки и за ее состоянием следил десяток автоматических приборов, придававших ей сходство с существом, сотворенным Франкенштейном. Она была жива!
27
«Чикаго кабс» и «Чикаго уайт сокс» – два профессиональных бейсбольных клуба, выступающие ныне в Главной бейсбольной лиге.