Произошло все так, как Гришка и говорил. Метрах в пятнадцати от земли лестница не выдержала веса двух взрослых мужиков. Даже издали был слышен надсадный скрип железа, а потом человеческий крик, полный отчаяния и злости, перекрыл звук лопнувшего металла. Крепежные болты просто вылетели из гнезд, не выдержав напряжения. Лестничная конструкция повалилась вниз, увлекая за собой людей. Тагир поежился на ходу, представляя результаты падения. Он уже и не надеялся взять кого-то живым или, на худой конец, слегка покалеченным.
Но он был все-таки бойцом и ни на минуту не забывал, что помимо неизъяснимых природных возможностей волхвов существует другая сторона медали: звериная выживаемость человека. Знал об этом и не расслаблялся.
Когда мужчина и мальчишка миновали первые корпуса разваленной фермы, простучала короткая автоматная очередь. Тагир не сомневался, что стреляли по ним, и среагировал мгновенно. Его жесткая рука схватила за шею Гришку и повалила на землю. Сам он упал на худенького пацана, нисколько не заботясь о его здоровье. Кости выдержат тяжесть взрослого тела, а вот удар пули очень даже повлияет на здоровье. Если вообще в живых оставит.
Над их головами снова неприятно просвистело. Очередь ударилась в кирпичную стену, выбив красноватую пыль.
– Однако шустрый малый, – прошипел Тагир, прижимая голову дрыгающегося Гришки к земле. – Тихо, не суетись. Я сейчас отпущу тебя, но только не дури. Лежи, не поднимай голову.
– Да понял я, – нетерпеливо ответил Гришка. – Тагир, да хватит уже на шею давить!
– Не дури, – еще раз повторил мужчина и перекатом ушел в сторону, за поросший сорной травой холмик. Раньше здесь была куча битых кирпичей и остатки бетона, на которую постепенно наносило землю. Теперь эта куча стала хорошим укрытием. Тагир оценил ситуацию. Сзади остатки одной из стен корпуса, слева торчат бетонные столбы, бывшие когда-то элементом забора. Но самого забора уже давно не было в помине, открытое пространство перед вторым корпусом фермы простреливалось диверсантом. Кстати, отсюда хорошо видна машина, на которой приехали незнакомцы. У Тагира по спине пополз холодок. Вот болваны же они оказались! А если в этом чертовом внедорожнике сидел бы водитель? Ну, теперь-то ясно, что диверсантов действительно двое. Иначе безоружного мальчишку и мужика уже перекрестили бы очередью.
– Эй, снайпер хренов! – закричал Тагир. – Бросай оружие и выползай с поднятыми руками!
– С дороги, идиоты! – раздалось в ответ. Кричал молодой. Голос срывается от волнения и страха. – Лучше пропустите меня к машине! Я не стреляю, а вы остаетесь на месте! Так будет лучше всем!
– А я хотел с тобой поговорить! Что ты вообще делаешь на заброшенной ферме? Да еще с оружием? Здесь обычная станица, люди спокойные, а ты стрельбу устроил!
Тагир замолчал и навострил уши. Неизвестный тоже затаился. Наступила тишина.
– Твой дружок жив или нет? С лестницы-то здорово навернулся!
– Слышишь, земляк? Пропусти к машине, а? – диверсант уже пошел на переговоры, чувствуя, что теряет время. Он еще не понимал, с кем столкнулся, и рассчитывал уговорить местных станичников, оказавшихся по какой-то причине в районе фермы. – Не заставляй меня грех на душу брать! Я с оружием. Ты ведь жить хочешь? И мальчонка хочет.
– Ты меня пугать вздумал? – заорал Тагир, решив придать голосу чуточку бравады. – Да я хунхузов по границе гонял, когда ты под стол пешком ходил! С голыми руками тигра встречал!
– Ну, ты даешь, дядя Тагир! – фыркнул Гришка и деловито переполз к нему за холмик.
– Я тебе не тигр, земляк! – раздалось в ответ. – Сам напросился, держи!
В воздухе мелькнуло что-то небольшое и черное. Сначала Гришка подумал, что диверсант кинул камень для отвлечения внимания, однако ребристая поверхность предмета сразу отмела безобидный вариант. Граната! Старая добрая «фенюшка»[4]!
– Ох! – только и успел произнести Гришка. Непроизвольно откатившись в сторону, он выставил перед собой и Тагиром «шильд»[5]. Пространство заискрилось бледно-зелеными сполохами, надежно оградив их от взрыва «лимонки». Гришка знал, что особенностью такой гранаты является разлет осколков по сторонам и редко вверх. Снаряд лежал в четырех метрах от них, поэтому пацан четко осознавал степень ее поражения. Без щита они гарантированно попадали под разящие осколки. Все это пронеслось у него в голове за считанные секунды, пока руки сами автоматически плели защиту.
4
5