Он резко нажал на тормоз, и воздух разорвал оглушительный рев мощного акустического сигнала. Обогнавшая их «ауди» непонятным образом стала прижимать их к тротуару, потом замедлилась и остановилась впереди, блокируя их. Из автомобиля выскочили два человека в вязаных шлемах и, размахивая на ходу автоматическими пистолетами, побежали к ним.
— Бернхард, у них пистолеты! — завопил Дитер. Бекер включил заднюю скорость и сдал назад, а двое мужчин в шлемах бросились их догонять.
— Halt den Lastwagen auf![89]
Бекер снова нажал на тормоза, включил первую передачу и поехал им навстречу.
— Ложись! — крикнул он Дитеру, но было уже слишком поздно.
Один из двух молодых убийц, нанятых ЦРУ чтобы уничтожить О’Коннора и Алету, запаниковал. Он открыл огонь, высадив ветровое стекло. Под градом пуль оба мужчины погибли мгновенно. Бекер сполз на руль, двадцатитонный автомобиль свернул с дороги и въехал в фасад небольшого кафе. У примерно десятка посетителей, сидевших за столиками на улице, включая двух молодых мам с детьми в колясках, не было ни единого шанса.
Двое вооруженных людей бросились обратно к своей машине. Старший из них до предела нажал педаль газа, и «ауди» сорвалась с места, оставляя за собой след от дымящейся резины визжащих по асфальту шин. Двигавшаяся в противоположном направлении серебристо-голубая полицейская машина совершила резкий разворот на сто восемьдесят градусов и бросилась в погоню, включив сирену и синюю мигалку на крыше. В заднем помещении кафе взорвался баллон с газом, и пламя быстро охватило все здание. Над разбитыми руинами поднимался густой черный дым. Оставшиеся в живых начали кричать. Одни выбегали в горящей одежде, другие в агонии корчились на земле; издалека доносился вой уже нескольких сирен.
40
Гватемала-сити
Низкие облака обнимали гряды вулканических вершин и спускались в долины, когда пилот выровнял самолет и вышел на последнюю прямую перед международным аэропортом Гватемалы «Аврора». Монсеньор Дженнингс сидел в салоне бизнес-класса и смотрел в иллюминатор. Внизу многоэтажные дома боролись за пространство с трущобами переполненного суетливого города с населением более двух миллионов человек, многие из которых жили в крайней нищете. Гватемала-сити являлась уже третьей столицей страны. Первую, Сьюдад Вьеха, расположенную к востоку, уничтожили наводнение и извержение вулкана в 1541 году. Вторая, Антигуа, также стоявшая неподалеку, была снесена с лица земли разрушительным землетрясением 200 лет спустя.
Дженнингс собирался сесть на «куриный автобус» до Панаячела на северном берегу озера Атитлан, но сквозь низкую облачность разглядел городской Олимпийский стадион, с его приметными синими сидениями, которые были способны принять 30 000 гватемальских болельщиков, помешанных на футболе. К северу от стадиона находились Зона I и район красных фонарей. Ниже пояса вскипели старые порочные чувства, и он решил провести эту ночь в городе. Его паства в Сан-Педро денек подождет. К тому же это предоставит ему возможность поговорить со своим осведомителем из Национального музея археологии и этнологии. Что же здесь могло так взволновать Вайцман?
Минуя таможенный досмотр, Дженнингс вышел из нового терминала Гватемалы, таща за собой свой чемодан на колесиках. На нем была поношенная гражданская одежда — джинсы и желтая спортивная рубашка. Влажность и жара были угнетающими, и по его раскрасневшемуся лицу струями тек пот.
— Zona Uno cuanto?[90] — спросил Дженнингс водителя потрепанного желтого такси, стоявшего перед залом прибытия.
— Cien quetzals, — ответил почти чернокожий морщинистый водитель-майя.
— Сто кетцалей! Грабеж среди бела дня! Setenta. Семьдесят, — настаивал Дженнингс, для убедительности выставив семь пальцев. — No mas![91]
Старый таксист пожал плечами, и Дженнингс сел в машину. Улицы города были забиты автобусами, изрыгавшими облака черного дизельного дыма, потрепанными грузовиками с подвесками, знававшими лучшие времена, ярко раскрашенными «куриными автобусами» и вездесущими фургончиками «тойота» в разной степени неисправности.
— Отель «Рио», Авенида шесть, — сказал Дженнингс.
Когда они подъехали к гостинице, Дженнингс расплатился с водителем и потащил свой багаж по растрескавшейся плитке грязного фойе к стойке администратора. Местный персонал его хорошо знал, и за несколько кетцалей они готовы были закрывать глаза, когда он приводил в номер мальчика с улицы или даже двух.