Диана к категории кротких женщин не относилась. Наоборот, привыкла, когда с ней обращались как с фарфоровой вазой династии Тан[24]. Отсюда и шикарный пентхаус на крыше. Красота нередко поощряла избалованность, воспитывала высокомерие, а не жертвенность. Потребность женщины ухаживать за мужчиной нельзя долго имитировать, если она не исходит подлинно изнутри, а является брошенной в глаза пылью. Справедливости ради Денис отчего-то не засматривался на неуклюжих, разговаривающих матом толстушек. Так чем же он отличался от женщины, выгодно продающей свою красоту? Ничем, по сути.
Будучи идеалистом, Денис развешивал ярлыки направо и налево, добавляя себе ненужных страданий.
– У нас всё готово, Денис, – рука одной из медсестёр дотронулась до его плеча, вырывая из плена парадоксальных мыслей. В комнату с книжными шкафами и столами для игр вместе с медперсоналом набилось человек тридцать. Многим перевалило за семьдесят. Помимо дряблой кожи, седых волос, сгорбленных спин, Денис выделял то важное, ради чего и приходил, а именно: искренние улыбки на выжатых болезнями лицах.
Надетая голубая рубашка давала Денису право на некоторый пафос.
– Дамы и господа, или лучше сказать товарищи, сочту за честь сыграть для вас несколько мелодий из замечательных кино– и телефильмов. Дамы сегодня прекрасно выглядят, я польщён, – он поклонился толпе. – Приступим же, пока мужчины не поколотили меня за излишнюю разговорчивость. «Песня мушкетёров», Максим Дунаевский.
Не давая собравшимся переварить сумбурное приветствие, Денис живо взял первые аккорды. Дунаевский – мастер мелодизма. Играть его произведения одно удовольствие. Много нот и много удовольствия.
– «Джентльмены удачи», – продолжая изображать из себя конферансье, возвестил он, закончив с первым номером. – Композитор Геннадий Гладков.
Старик стоял в углу, опираясь на трость и возвышаясь над остальными, как Голиаф перед кучкой Давидов. Пропитанные серебром волосы непослушно торчали в разные стороны. Из-под густых бровей за Денисом следили умные, потускневшие с годами глаза. Старик не изменял привычке чисто бриться, даже находясь при смерти.
– «Когда весна придёт, не знаю» из кинофильма «Весна на заречной улице». Композитор Борис Мокроусов. За ней последует «Последняя поэма» Алексея Рыбникова.
Всякий раз аудитория отзывалась на знакомую мелодию заметным оживлением. Денис был готов доплачивать за возможность играть перед этими людьми. Он не знал, многие ли из них осознавали близкий исход, но они с подлинным интересом ловили каждый звук. Для музыканта нет большей награды, чем благодарные слушатели. Скользя по клавиатуре, он создавал лирическое настроение, отвлекавшее от ужасов течения болезни.
«В хосписе находятся такие же люди, как ты или я, Денис. Они хотят жить обычной жизнью, наполненной маленькими радостями, – наставляла его заведующая при их первой встрече. – Их не привозят к нам умирать, не избавляются и не списывают со счетов. Хотя и такое случается. Нашим бабушкам и дедушкам порой просто нужно, чтобы кто-то побыл рядом. Почитал книгу, выслушал. Это приносит им умиротворение, так сильно необходимое на этом этапе. Нет ничего страшнее забвения при жизни».
– «Чёрное и белое». Романс больше известен под названием «Мы выбираем, нас выбирают». Композитор Эдуард Колмановский, «Большая перемена».
Стихи к песням сами всплывали в голове при исполнении музыки. Будь он певцом, ему бы пришлось перестраивать аккомпанемент, извлекать из игры мелодию, передавая её голосу. К счастью, он находился в здравом уме и не собирался покрывать себя позором.
– Вашему вниманию вальс из кинофильма «Берегись автомобиля». Композитор Андрей Петров.
Ноты всех композиций лежали рядышком для подстраховки. Он ими не пользовался, но чувство уверенности лишним не бывает.
– Завершает сегодняшний концерт мелодия, не имеющая отношения к кинематографу, но оттого не менее чудесная: «Тройка» Георгия Свиридова. Благодарю вас за тёплый приём.
Он уложился в полчаса. Мог бы играть дольше, но зрители у него сегодня особенные. Не каждый из них мог подолгу находиться в сидячем положении.