– Как называются эти камни?
– Фианиты.
– Никогда о них не слышал. Это чей-то подарок?
– Отец подарил мне эту подвеску на седьмой день рождения.
– Я думал это кулон. Хотя какая разница.
– Я ношу её на руке, иногда меняю цепочку и надеваю на руку. Никогда с ней не расстаюсь.
– Чтишь память отца? Расскажи о нём.
– Вечерами отец сидел на кухне, слушал радио, сидя в старом кресле. Он обожал «Битлз», собирал их записи и много читал. Дом был завален катушечными бабинами. Это самые ценные воспоминания о нём. Маму я помню смутно.
– Я напоминаю тебе об отце?
– Ты его точная копия.
Денис приподнялся на локтях.
– Теперь я понял, что означала твоя реакция на мои слова о «Битлз». Ты со мной из-за отца? Это помогает тебе справиться с чувством вины? Плохи мои дела.
– Ты многого обо мне не знаешь, – произнесла Диана знакомые слова. – У меня нет чувства вины. Отцу исполнилось сорок, когда я появилась на свет. Поздний желанный ребёнок. Но не для матери, бывшей на пятнадцать лет младше отца. Моя мать бросила нас с отцом, отправившись искать счастье. Мы ей в этом мешали. Не знаю, удалось ли ей заполучить желаемое. И не хочу знать. С отцом у нас бывали сложные этапы. Я часто расстраивала его. И чем старше, тем хуже становились отношения между нами. Он не понимал, как воспитывать дочь, а я не осознавала, как ему плохо одному с непоседливой дочерью. Почему он не завёл новую семью, могу только догадываться. Самое очевидное – не хотел расстраивать меня и продолжал любить бывшую жену даже после предательства. Настоящая причина так и останется тайной. Отец умер девять лет назад. Я нашла его в том самом кресле. Его сердце перестало работать. Выключилось, и всё. Так сказал патологоанатом.
– Мой отец умер, когда мне было два года. Наши истории в чём-то похожи.
– Вот ещё совпадение – наши имена начинаются на Д. В них по пять букв, и три из них одинаковы!
– Ты ещё скажи, что веришь в гороскопы и печенье с предсказанием.
– Этот этап я успешно пропустила.
Лучи света фар проезжающего за окном автомобиля поползли по стене, изгибаясь и вытягиваясь. Денис навалился на Диану, убрал волосы с гладкого лба, прикоснулся к нему губами.
– Кто я для тебя?
– Ох. – Диана театрально прикрыла глаза ладонью. – Какой же ты въедливый.
– Игрушка, зверюшка, твой парень? Кто? И главное – почему я не могу отделаться от ощущения недосказанности?
– Это надо тебя спросить.
– Я это и делаю. Ты всё равно не расскажешь. Одно из двух, ты или оберегаешь меня, или не доверяешь.
Словно в подтверждение его домыслов Диана попробовала сменить тему разговора.
– Ты так и не угадал, сколько мне лет.
– Двадцать три?
– Двадцать пять.
– Старушка.
Она несильно стукнула его по спине.
– Если я старушка, то кто ты?
– Ответ лежит на поверхности – я не старушка.
– Согласна, ты старый скрипучий дед.
– А дед может как я… Э… Ну…
На этот раз она ущипнула его ниже спины.
– Ай! – воскликнул он, скорее от неожиданности, чем от боли. – Это домогательства или побои?
– Выбери, что больше нравится.
– Звучит ужасающе. Я выбираю тебя.
– Такой опции нет в списке.
– Надо добавить. – Он покрывал поцелуями идеальную грудь. Прерывистое дыхание Дианы красноречиво говорило о возросшем возбуждении. Она комкала простынь, согнутые ноги обхватили его бёдра.
– Я снова буду готов минут через десять, – признался он. – Ты не уснёшь?
– Теперь уже точно не усну.
– Хочу дать тебе послушать одну старую песню. Других у меня и нет. Называется «Letter from Spain» «Оркестр электрического света»[27]. Одна из моих любимых у «Электриков».
Он быстро натянул трусы-боксеры, пока Диана не видела, так как стеснялся ходить перед ней голым. Нужная пластинка нашлась в темноте без проблем. Пара привычных движений, и спальня-гостиная-рабочий кабинет, помещённые в одну комнату-студию, наполнились волшебными звуками. Гений Джеффа Линна раскрывался в каждой ноте. Никто не сможет переубедить его в обратном.
Три минуты прошли в благоговейном безмолвии. Для Дениса наступил момент истины. Если Диана раскритикует песню, он напьётся с горя самой дешёвой водки.
– Что скажешь? – не выдержал он, не дождавшись реакции.
– Олдскульная зарисовка о письме от бывшей подружки. Предвестник нью-эйджа. Мне понравилось.