Ответ на возражение 3. Знание божественных Лиц необходимо для нас по двум причинам. Оно необходимо для правильного понимания творения. Слова о том, что Бог создал все вещи с помощью Своего Слова исключает ошибку тех, кто говорит, что Бог создал вещи по необходимости. Когда мы говорим о происхождении любви в Боге, мы тем самым утверждаем, что Бог создал тварей не потому, что нуждался в них или же по какой-то другой сокрытой причине, но – по Своей любви и благости. Поэтому Моисей, сказав: «В начале сотворил Бог небо и землю», – прибавил: «И сказал Бог: да будет свет», – как доказательство божественной любви. То же самое можно найти в других местах, где говорится о сотворении мира. Это дает верное направление нашим мыслям о спасении человеческого рода, совершенном воплощенным Сыном и дарованным Святым Духом.
Раздел 2. Имеются ли понятия в Боге?
Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что в Боге нет никаких понятий. Ведь сказал же Дионисий: «Мы не дерзаем не только сказать, но и помыслить что-либо вопреки тому, что нам боговидно возвещено в Священном Писании»[490]. Но в Священном Писании ничего не сказано о понятиях. Следовательно, понятиям нет места в Боге.
Возражение 2. Далее, все существующее в Боге относится либо к единству сущности, либо к Троице божественных Лиц. Но понятия не имеют отношения ни к единству сущности, ни к Троице, поскольку ничто из того, что принадлежит к сущности, не может выступать предикатом понятий. Например, мы не можем сказать, что Богоотцовство обладает мудростью или создает. То же можно сказать и о Лицах. Например, мы ведь не можем сказать, что Богоотцовство порождает и что Богосыновство порождается. Следовательно, в Боге нет никаких понятий.
Возражение 3. Далее, познание вещей, которые лишены сложности, не предполагает никаких абстрактных понятий или начал, ибо они узнаются сами через себя. Но Лицам божества присуща высшая простота. Следовательно, нельзя предполагать какие-либо понятия в Боге.
Этому противоречит сказанное Дамаскином: «Мы распознаем различие ипостасей (т. е. Лиц) по трем свойствам: отцовство, сыновство и исхождение»[491]. Следовательно, мы должны допустить свойства и понятия в Боге.
Отвечаю: Препозитивус, рассуждая о простоте божественных Лиц, сказал, что в Боге нет свойств и понятий, а там, где они упоминаются, по его мнению, за абстрактным следует видеть конкретное. И подобно тому как мы говорим: «Взываю к Вашей доброте», – и при этом имеем в виду: «К Вам, ибо Вы славитесь своею добротой», так и когда мы говорим об отцовстве в Боге, мы имеем в виду Бога Отца.
Но, как было показано выше (3, 3), употребление конкретных и абстрактных имен по отношению к Богу никоим образом не противоречит божественной простоте, поскольку мы всегда именуем вещь так, как мы ее понимаем. Однако наш ум не может постичь абсолютную простоту божественной сущности саму по себе, и поэтому человеческий ум постигает и именует божественные предметы согласно своему образу действий, то есть в той мере,в какой они являют себя в чувственных объектах, из которых мы получаем знание о них. По отношению к этим вещам мы употребляем абстрактные термины с тем, чтобы обозначить простые формы. А для того, чтобы обозначить самосущие вещи, мы употребляем конкретные термины. Итак, мы обозначаем божественные вещи абстрактными наименованиями для того, чтобы выразить их простоту, в то время как для того, чтобы выразить самостоятельность их существования и их полноту, мы прибегаем к конкретным именам.
490
De Div. Nom. I, 1. Ср.: «Совершенно ведь не подобает сметь сказать или подумать что-либо о сверхсущественной и сокровенной божественности помимо того, что боговидно явлено нам священными Речениями».