Вопрос 34. О лице Сына
Далее мы рассмотрим лицо Сына. [Богу] Сыну приписывается три имени: Сын, Слово и Образ. Имя Сын вытекает из имени Отца. Следовательно, нам остается рассмотреть два [имени] – Слово и Образ. Относительно [имени] Слово надлежит исследовать четыре [пункта]: 1) является ли Слово термином, обозначающим в Боге сущность или лицо; 2) является ли этот термин собственным именем Сына; 3) выражено ли в имени Слово отношение к тварям.
Раздел 1. Является ли слово именем лица в Боге?
С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что Слово в Боге не является именем Лица, поскольку имена лиц употребляются по отношению к Богу как собственные, например Отец и Сын. Но имя Слово употребляется по отношению к Богу метафорически, как говорит Ориген по поводу [сказанного в Писании]: «В начале было Слово» (Ин. 1:1). Поэтому имя Слово не является именем лица в Боге.
Возражение 2. Далее, согласно Августину, «Слово есть знание, сопряженное с любовью»[503], а согласно Ансельму «сказывать для высшего Духа значит не что иное, как видеть мыслью»[504]. Однако знание, мысль и видение суть термины сущности в Боге. Следовательно, имя Слово должно употребляться как термин сущности в Боге, а не в смысле Лица.
Возражение 3. Далее, к сущности слова принадлежит сказываться. Но согласно Ансельму, коль скоро и Отец, и Сын, и Святой Дух обладают разумением, и Отец, и Сын, и Святой Дух сказывают [нечто о Себе], и в равной степени каждый из Них может сказываться [о двух других Лицах][505]. Поэтому имя Слово употребляется как термин сущности в Боге, а не в смысле Лица.
Возражение 4. Кроме того, никакая божественная Личность не сотворена. Но Слово Бога есть нечто сотворенное. Ибо сказано: «Огонь и град, снег и туман, бурный ветер, исполняющий слово Его» (Пс. 148:8). Поэтому Слово не является именем лица в Боге.
Этому противоречат слова Августина: «То же, что Сын для Отца, то же и Слово для Него, Чье Слово Он и есть»[506]. Но Сын есть имя Лица, поскольку оно употребляется в относительном смысле. Следовательно, это же можно сказать и о Слове.
Отвечаю: имя Слово в Боге в собственном смысле есть имя Лица, а не сущности.
Чтобы уяснить это, мы должны указать, что наше слово в собственном смысле имеет три значения, и еще четвертое, когда оно употребляется в несобственном смысле, или фигуративно. Наиболее понятное и употребимое значение то, когда говорится о слове, произносимом голосом. В этом значении оно имеет внутренний источник в том, что касается двух моментов, имеющихся во внешнем слове, а именно: произносимый звук как таковой и значение звука. Ибо, согласно Философу, произносимый звук обозначает понятие ума[507]. Далее, произносимый звук берет свое начало в значении или воображении, как сказано в книге душе»[508]. Произносимый звук, который не имеет значения, не может быть назван словом, из чего следует, что внешний произносимый звук называется словом постольку, поскольку обозначает внутреннее представление в душе. Следовательно, словом называется первично и главным образом внутреннее представление в душе, а уже вторично – произносимый звук как таковой, служащий обозначением внутреннего представления, и, наконец, в-третьих, образ произносимого звука.
Дамаскин упоминает три вида слов, когда говорит, что «словом» называется «естественное движение ума, посредством которого он движется, разумеет, мыслит в сиянии света», и это есть первый вид слова. «Еще слово есть не то, что произносится голосом, а то, что звучит в сердце», и это есть второй вид слова. «Еще слово есть ангел», или вестник «разума», и это есть третий вид слова[509]. Слово также употребляется четвертым способом, фигуративно, как указание на то, что обозначено словом или вызвано его воздействием, и в этом смысле мы говорим «таково мое слово» или «таков приказ монарха», подразумевая некое действие, обозначенное словом через утверждение или приказание.
Далее, по отношению к Богу слово понимается строго как обозначение понятия ума. Поэтому Августин говорит: «Тот, кто разумеет слово не только прежде его звучания, но и прежде того, как мысль облачит его воображаемым звуком, способен увидеть сходство со Словом, о Котором сказано: в начале было Слово»[510]. Представление же в душе само в силу своей природы должно получать начало от чего-то другого, а именно, от знания того, кто дает начало. Поэтому «Слово», каковой термин мы употребляем строго по отношению к Богу, обозначает нечто, что происходит от другого, а это входит в природу наименований лиц в Боге, коль скоро божественные Лица различаются между собой по происхождению (27,3,4,5). Поэтому термин «Слово», поскольку мы употребляем этот термин строго по отношению к Богу, следует понимать не в сущностном смысле, а как обозначение Лица.