Ответ на возражение 2. О свойствах говорится, что они входят в сущность как тождественные; при этом в Лицах они существуют как тождественные не только в действительности, но и по способу обозначения подобно тому, как форма существует в субъекте. Таким образом, свойства определяют Лица и полагают различие между Ними, но не в сущности.
Ответ на возражение 3. Понятийные частицы и глаголы обозначают понятийные акты; акты же относятся к «подлежащему». Далее, свойства не могут обозначаться как «подлежащие», но лишь как формы «подлежащих». Поэтому их способ обозначения не допускает того, чтобы понятийные частицы и глаголы сказывались о свойствах.
Раздел 2. Различаются ли лица между собой отношениями?
Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что Лица различаются между Собой не отношениями. Ведь простые вещи различны как таковые. Но Лицам свойственна высшая простота. Следовательно, они различаются как таковые, а не отношениями.
Возражение 2. Далее, форма проявляет [свое] отличие по отношению к своему роду Так, белое отличается от черного только своим качеством. Но «ипостась» обозначает индивидуальное сущее в роде субстанции. Следовательно, ипостаси не могут различаться между собой отношениями.
Возражение 3. Далее, абсолютное предшествует относительному. Но различие между божественными Лицами – первичное различие. Следовательно, божественные Лица различаются между собой не отношениями.
Возражение 4. Далее, то, что предполагает различие, не может быть первым началом различия. Но отношение предполагает различие, что и входит в его определение; ведь отношение в своей сущности есть наклонность к другому. Следовательно, различительным первоначалом в Боге не может быть отношение.
Этому противоречит сказанное Боэцием: «Именно отношение создает множественность Троицы божественных Лиц»[602].
Отвечаю: пусть в какой-либо множественности вещей обнаруживается нечто общее им всем, тем не менее необходимо искать начало различения. Поэтому, хотя три Лица согласуются в единстве сущности, мы должны стремиться познать начало различения, в силу которого их несколько. Далее, существуют два начала различия между божественными Лицами, а именно «происхождение» и «отношение». Хотя эти [начала] не отличаются в действительности, они отличаются по способу обозначения, так как «происхождение» обозначается как действие подобно «порождению», а «отношение» обозначается как форма подобно «отцовству».
Поэтому некоторые, считая, что отношение вытекает из действия, утверждали, что божественные ипостаси различаются между собой происхождением, так что мы можем говорить, что Отец отличается от Сына, поскольку первый рождает, а второй рождается. Далее, отношения, или свойства, указывают на различия между ипостасями, или Лицами, вытекающие из этого; подобно тому как свойства проявляют различия между индивидами, каковые различия вызваны материальными началами.
Это мнение, однако, неприемлемо по двум причинам. Во-первых, поскольку две вещи понимаются как различные тогда, когда различие понимается как следствие чего-либо внутренне присущего им обеим. Так, у вещей сотворенных это следствие либо их материи, либо формы. Далее, происхождение вещи по своему значению не есть нечто внутренне ей присущее, а подразумевает направленность от чего-либо или к чему-либо. Так, порождение обозначает направленность к порождаемой вещи, а происхождение – оттого, что порождает. Поэтому невозможно, чтобы порождаемое и порождающее отличались лишь самим порождением. Мы должны предположить в порождающем и в порождаемом нечто, чем они различаются между собой. Но в божественных Лицах можно предполагать только сущность и отношение, или свойство. Отсюда, поскольку Лица согласуются в сущности, остается заключить, что Лица различаются между собой отношениями.
Во-вторых, различие между ними нельзя понимать в смысле разделения чего-то общего им всем, ибо общая сущность остается неделимой; но различительные принципы сами должны образовывать вещи, которые различны [между собой]. Далее, ипостаси, или Лица, различаются или образуются отношениями, или свойствами, поскольку они как таковые суть самосущие Лица. Так, отцовство есть Отец, а сыновство – Сын, ибо в Боге абстрактное и конкретное не отличаются одно от другого. Кроме того, это противно природе происхождения, чтобы оно образовывало ипостась, или Лицо. Ибо происхождение в смысле действия обозначает исхождение от самосущего Лица и, следовательно, предполагает последнее; в то время как в смысле претерпевания происхождение, то есть «получение рождения», обозначает направленность к самосущему Лицу, но еще не образование Лица.