Отвечаю: как уже было сказано (99, 4), обрядовые предписания являются определениями моральных предписаний, посредством которых человек определяется к Богу, равно как судебные предписания – это определения моральных предписаний, посредством которых он определяется к ближнему Но человек определяется к Богу путем поклонения Ему Поэтому в собственном смысле слова обрядовыми предписаниями являются те, которые связаны с поклонением Богу. Причина же того, почему они названы именно так, была приведена нами выше (99, 3), когда мы устанавливали различие между обрядовыми предписаниями и всеми остальными.
Ответ на возражение 1. Поклонение Божеству включает в себя не только жертвоприношения и тому подобное, которое, похоже, определено непосредственно к Богу, но ещё и то, посредством чего поклоняющиеся Ему надлежащим образом приуготовляются к поклонению (подобным образом обстоят дела и во всех других случаях, когда подготовка к цели является частью знания, объектом которого является эта цель). Таким образом, те предписания Закона, которые относятся к одежде, пище и многому другому тех, кто поклоняется Богу, связаны с некоторой подготовкой к служению с точки зрения их расположения к поклонению Божеству (что подобно тем специальным ритуалам, которые соблюдают сановники царя). Следовательно, то, о чем идет речь [в возражении], относится к обрядовым предписаниям.
Ответ на возражение 2. Предлагаемое объяснение происхождения названия не представляется убедительным, тем более что в Законе редко когда идет речь о зажжении свеч на торжественных церемониях – ведь даже горение светильника предписывалось поддерживать «оливковым маслом»[154] (Лев. 24:2). Впрочем, можно сказать, что все, связанное с поклонением Божеству, наиболее тщательно соблюдалось именно на торжественных празднованиях, и потому все обрядовые предписания [в определенном смысле] подпадают под соблюдение торжественных церемоний.
Ответ на возражение 3. Такое объяснение происхождения названия кажется ещё более нелепым, поскольку слово «церемония» имеет не греческое, а латинское происхождение. Тем не менее, нет ничего несообразного в том, чтобы говорить, что коль скоро спасение человек обретает от Бога, то правилами спасения в первую очередь являются те предписания, которые определяют человека к Богу, и потому те из них, которые связаны с поклонением Божеству, справедливо называются обрядовыми.
Ответ на возражение 4. Такое объяснение обрядовых предписаний не лишено оснований, и хотя то, что они являются таковыми, не обусловлено тем, что у них нет очевидной причины, тем не менее некоторая связь одного и другого все-таки есть. В самом деле, коль скоро связанные с поклонением Божеству предписания необходимо должны быть метафоричными, о чем речь у нас впереди (2), то следствием этого является то, что их причины не достаточно очевидны.
Раздел 2. ЯВЛЯЮТСЯ ЛИ ОБРЯДОВЫЕ ПРЕДПИСАНИЯ МЕТАФОРИЧНЫМИ?
Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что обрядовые предписания не являются метафоричными. В самом деле, как говорит Августин, учитель обязан находить такой способ выражения, который было бы нетрудно понять[155], что представляется особенно необходимым в том случае, когда речь идет об установлении закона, поскольку предписания закона должны быть доведены до простолюдинов, которым, как указывает Исидор, причины закона должны быть очевидны[156]. Таким образом, если предписания Закона были представлены в виде некоторых метафор, то Моисей должен был дополнить эти предписания разъяснением того, что они означали.
Возражение 2. Далее, что бы ни делалось при поклонении Богу, в нем не может иметь место что-либо недолжное. Но представление людям выполненных другими действий, похоже, напоминает театральную постановку, поскольку театральная постановка есть исполнение театрального действа, в котором представляются действия других. Поэтому похоже на то, что при поклонении Богу ничего подобного происходить не должно. Но, как было показано выше (1), обрядовые предписания определены к поклонению Божеству. Следовательно, они не могут быть метафоричными.
Возражение 3. Далее, Августин говорит, что «Бога нужно почитать верой, надеждой и любовью»[157]. Но предписания веры, надежды и любви не метафоричны. Следовательно, и обрядовые предписания не должны быть метафоричными.