Возражение 2. Далее, как было показано выше (1), принятие указывает на предел соединения. Однако соединение не может иметь места в природе, но – только в Лице. Следовательно, если абстрагировать Лицо, то божественная Природа принимать не сможет.
Возражение 3. Далее, уже было сказано (I, 40, 3), что если в Божестве абстрагировать Лица, то ничего не остается. Но то, что принимает, должно чем-то быть. Следовательно, если абстрагировать Лицо, то божественная Природа принимать не сможет.
Этому противоречит следующее: в Божестве Лицо указывает на личностное отношение, а оно, как было показано выше (I, 30, 2), трояко, а именно Отцовство, Сыновство и Похождение. Но если их мысленно абстрагировать, то все равно останется всемогущество Бога, посредством которого было соделано Воплощение, поскольку, по словам ангела, «у Бога не останется бессильным никакое слово» (Лк. 1:37). Следовательно, похоже, что божественная Природа может принимать и в случае устранения Лица.
Отвечаю: ум соотносится с Богом двояко. Во-первых, как познающий Бога таким, каков Он есть, и в этом отношении ум не может выделить из Бога что-то одно и игнорировать остальное, поскольку все, что есть в Боге, суть одно. [Правда] исключение составляет различие Лиц, но и в их случае с устранением одного устраняются и остальные, поскольку они различаются только отношениями [происхождения], которые возможны только при одновременном наличии их всех. Во-вторых, ум соотносится с Богом как познающий Бога не таким, каков Он есть, а по-своему, то есть когда он мыслит то, что в Боге едино, множественно и по отдельности. В этом отношении наш ум может мыслить божественную благость, мудрость и тому подобное, то есть сущностные атрибуты, без того, чтобы мыслить Отцовство или Сыновство, то есть Лицо. Поэтому если мы абстрагируем Лицо посредством своего ума, то мы по-прежнему сможем мыслить Природу как принимающую.
Ответ на возражение 1. Поскольку в Боге «что есть» и «посредством чего оно есть» суть одно и то же, то даже если отвлеченно рассматривать любой из божественных атрибутов сам по себе, абстрагируя его из всего остального, он все равно будет оставаться некоторой самобытностью и, коль скоро его природа является умственной, Лицом. Следовательно, как ныне мы говорим о трех Лицах, имея в виду обладание тремя личностными свойствами, точно так же мы, мысленно исключив личностные свойства, все равно сохраним в нашей мысли божественную Природу – и как самобытность, и как Лицо. Таким образом, божественную Природу можно мыслить как принимающую человеческую природу по причине Ее самобытности или Лица.
Ответ на возражение 2. Даже если мы умственно абстрагируем личностные свойства трех Лиц, то и в таком случае в нашем мышлении сохранится одно Лицо Бога, как Его понимают евреи. Тогда предел принятия нужно будет усматривать в Нем точно так же, как сейчас мы усматриваем этот предел в Лице Слова.
Ответ на возражение 3. О том, что в случае мысленного абстрагирования Лица ничего не остается, говорят, имея в виду разделение, как если бы объект отношения и само отношение были различны, поскольку все, что мы можем мыслить в Боге, рассматривается как самобытное «подлежащее». Однако некоторые из предицируемых Богу вещей могут мыслиться и без других, но не посредством разделения, а так, как было показано выше.
Раздел 4. Может ли одно Лицо принимать сотворенную природу без другого?
С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что одно Лицо не может принять сотворенную природу без принятия ее другим [Лицом]. В самом деле, как говорит Августин, «действия Троицы нераздельны»[60]. И коль скоро у трех Лиц одна сущность, то и деятельность у Них одна. Но принятие – это деятельность. Следовательно, оно не может подобать одному и не подобать другому.
Возражение 2. Далее, как о Лице Сына, так и о [всей] Природе можно говорить как о воплотившейся, поскольку, согласно Дамаскину, «вся божественная Природа воплотилась в одной из Его ипостасей»[61]. Но Природа обща трем Лицам. Следовательно, таково и принятие.