— Ну ты и рванул! — сзади раздался голос.
Я резко повернулся на сто восемьдесят градусов.
— Ты чего, первый раз на пробежку вышел? — спросил меня немолодой дядечка в спортивной майке с надписью «СССР».
— Первый, — соврал я.
— Эх, молодёжь! — с укоризной, но по-доброму произнёс спортсмен. — Хочешь, дам пару советов?
— Не хочу, — вот чего мне сейчас нужно было меньше всего, так это разговоров о том, как правильно бегать. От смерти не убежишь.
— Ну смотри, — ничуть не обиделся дядечка. — Если что, я каждое утро тут занимаюсь.
Спортсмен потерял ко мне интерес и затрусил по тротуару в сторону пустыря. То есть туда же, куда направлялся и я. Как бы снова не начал приставать с непрошенными советами. Но когда я, наконец, дохромал-добежал до места, то там никого не оказалось. Вот и отлично.
Когда-то здесь была школьная спортплощадка: на остатках асфальта советских времён ещё проглядывала белая разметка и торчали остатки давно спиленных и сданных в металлолом турников и стоек для баскетбольных колец. Саму школу, располагавшуюся в ста метрах отсюда, снесли ещё в начале двухтысячных, но мы в детстве успели вдоволь побродить по полуразрушенному зданию. Район этот не самый привлекательный для строительства коммерческой недвижимости, поэтому пустырь не только не уменьшался, но и постоянно прибавлял в размерах. Когда асфальт ещё был в относительно приличном состоянии, а турники не сворованы, то здесь постоянно тусовалась молодёжь. Но постепенно всё пришло в окончательный упадок, и теперь тут встретишь разве что ворон да старый мусор.
Деревьев тоже нет, это хорошо, значит, ничто на меня не упадёт. Да и грозы со шквалистым ветром не намечается. Я взглянул на небо — ни облачка. Зевс-громовержец тоже отменяется. Что ж, посидим, переждём роковой час.
Я выбрал место равноудалённое от краёв пустыря. Такая себе точка Немо[2]. Не две тысячи шестьсот километров от ближайшей суши, но тоже ничего. Сойдёт для нашей местности.
В принципе я почти успокоился — бег по утренним тихим улицам этому очень способствует. Бег в кавычках, конечно. Надо бы заняться спортом, а то запустил себя немного. Не так, как Серёга, мой бывший одноклассник, а теперь обладатель пуза размером с пивную бочку, но и Аполлоном меня давно уже не назовёшь.
Сев прямо на асфальт, я достал сотовый и включил часы. Секунды бежали секундами, минуты тоже благополучно шли себе вперёд. И даже один раз прибавился час. Наверное, со стороны я смотрелся немного странно. Не в том, что пялюсь в телефон, тут как раз вопросов нет, а то, что делаю это посреди пустыря. Но следить за мной было некому. Вороны куда-то запропастились, а тот мужик-спортсмен тоже так и не появился. Ха, или он спрятался где-то поблизости в подземном бункере. В школьном бомбоубежище то есть, слышал я слухи о нём. С другой стороны, если бы оно существовало, то вход мы нашли бы ещё в детстве.
Сколько там было на часах в прошлые разы? Семь пятьдесят? Нет, это я смотрел время перед тем, как перейти дорогу. А на соседских показывало на минуту больше. Я переключил программу в телефоне на отображение стрелок и замер в ожидании роковой секунды.
«Близится время восхождения».
Я же это не вслух сказал, правда? Я же не в компьютерной игре?
«Правда, правда».
Да что такое!
Я постарался выбросить из головы посторонние мысли. Вышло не очень. Сложно куда-то деть три смерти подряд. Но четвёртой-то не бывать. Подготовился! Тут я криво усмехнулся сам себе.
От сидения на твёрдом асфальте у меня затекли ноги, однако я продолжал не отрываясь следить за движением стрелок. Мысли отодвинул на второй план, и они там где-то в фоновом режиме бубнили, что всё пропало, гипс снимают, клиент уезжает. Только не домой, а в одно тихое укромное заведение с мягкими стенами и высоким забором. «Делириум тременс» — фраза из «Кавказской пленницы» подходила к ситуации как нельзя лучше. Хотя нет, с делириумом вроде белочка должна приходить, а у меня какой-то непонятный мужик. Ладно бы баба с косой, вопросов меньше. Так нет, какое-то тупое бесплотное создание, повторяющее одно и то же.
Семь сорок девять, семь пятьдесят. Тик-тик-тик-тик. Пятьдесят одна секунда, пятьдесят две. Ну же! Пятьдесят девять. И!
— Бросайте кубики, чего вы ждёте?
— Да едрить твою за ногу! Как в этот раз?
Я попытался вспомнить последние мгновенья перед смертью. Кажется, мне что-то впилось в правый глаз. И это что-то, похоже, было осколком экрана смартфона. Взорвалась батарейка? Серьёзно?
2
Точка Немо — условная точка в Мировом океане, наиболее удалённая от какой-либо суши на Земле