Рик всегда был рад отвлечься от работы – к тому же типография была его собственным бизнесом, так что он мог делать там все, что хотел, – а Патрик в любом случае планировал перенести обед на более раннее время, так что друзья Джулиана приехали к нему и в течение часа поменяли местами мебель в его кабинете и комнате Меган.
Клэр и Меган вернулись домой как раз когда они заканчивали перестановку, и, хотя Меган отреагировала на нее с изумлением и смятением – по крайней мере, до того, как Джулиан не заметил, что ее новая комната будет больше, – Клэр просто посмотрела на мужа с выражением, говорящим о том, что подробностей она может и не знать, но точно понимает, почему он это затеял.
Клэр предложила Рику и Патрику перекусить, но Патрик сказал, что ему пора возвращаться на работу, а Рик – что просто перехватит бургер по дороге в свою типографию. После того как Джулиан сердечно поблагодарил друзей, мужчины ушли, а Меган пошла наверх, чтобы повесить на стены свои постеры.
Джулиан и Клэр остались в кухне одни. Она начала делать сэндвичи, а он тем временем рассказал о голосе, который слышал. Он ни словом не обмолвился о Джоне Линче, но в этом уже не было необходимости – эта новость и сама по себе была достаточно пугающей.
– Возможно, детям надо ложиться в нашей спальне, – сказала Клэр.
– Тогда где же будем спать мы?
– Возможно, нам всем следует спать в нашей комнате.
Джулиан покачал головой.
– Это нелепо.
– Да неужели? Мы живем в доме с привидением. Мы должны убраться отсюда, съехать и никогда не возвращаться. Но если мы остаемся, нам надо начинать приспосабливаться к ситуации.
– Именно это я и делаю.
– Мне не нравится, что они живут на втором этаже так далеко от нас.
По правде говоря, ему тоже это не нравилось. Но они мало что могли сделать – так был построен дом, и хотя Джулиан намеревался принять все меры предосторожности, ничего не сказал об этом Клэр, не желая пугать ее еще больше.
Эта скрытность, эта готовность – нет, это желание – держать жену в неведении было совершенно на него не похоже. Он еще никогда в жизни не вел себя подобным образом, и это направление мыслей казалось чуждым его натуре, не свойственным ей.
Тупая пульсация в его виске вдруг переросла в полноценную головную боль. Джулиан прищурился, вначале попытавшись проигнорировать это, затем сказал Клэр, что если не выпьет таблетку, голова окончательно разлетится на куски. Клэр кивнула. Она и сама кривилась от боли, поэтому достала бутылочку тайленола[12] с полки для специй.
Они приготовили обед вместе, как им случалось делать и прежде, собирая сэндвичи с индейкой по принципу конвейера, после чего позвали Меган спуститься и поесть. Она была полна энтузиазма по поводу своей новой комнаты и весь обед радостно болтала, сказав, в частности, что поставит у окна комнатное растение, чтобы сделать спальню более «зеленой».
Обед получился неплохой, и головная боль и у Джулиана, и у Клэр несколько поутихла. Едва они закончили есть, Клэр начала открывать окна во всем доме, чтобы впустить внутрь свежий воздух.
– Тут душно, – сказала она. – Тебе не кажется? – Она открыла и заднюю дверь, после чего Джулиан сразу же вышел во внутренний дворик, чтобы убедиться, что рядом нет Джона Линча.
Он заметил, что все новые растения, которые Клэр купила и посадила на днях, погибли.
Джулиану нужно было зайти в хозяйственный магазин, чтобы купить замок для калитки, открывающейся в проулок. Ему следовало бы сделать это сразу же после того, как они переехали в этот дом, но тогда это не казалось таким уж важным. Теперь же любые меры, которые он мог принять, чтобы затруднить доступ в их двор, приобрели жизненное значение.
Джулиану пришло в голову, что неплохо было бы предупредить о Джоне Линче всех соседей. Если другие обитатели улицы увидят Линча раньше, то смогут сообщить ему, и, возможно, так удастся избежать нового инцидента. Единственным соседом, к которому он мог обратиться с этим вопросом, не испытывая внутреннего напряжения, был Коул Хаббард, и Джулиан, пройдя по боковой части двора мимо окна столовой, через которое за ним следил псих с ножом, вышел на тротуар.
Машина Хаббарда стояла на подъездной дороге, что означало, что сам он сейчас дома, и Джулиан, пройдя мимо участка Рибьеро, зашел во двор Коула, поднялся на крыльцо и позвонил в дверь. Он слышал, как в доме звенит звонок, и ему показалось, что он уловил какое-то движение, но, хотя прождал более минуты, к двери так никто и не подошел.