Служитель. Ах, пречистая, прекрасная Мать, позволь мне, дай еще раз остудить сердце мое лицезрением Возлюбленного твоего и Господа моего, дивной Премудрости, прежде чем Его разлучат с нами и положат во гроб.
Пречистая Мать, хотя безгранично было страданье твое, как бы сильно ни взволновало оно всякое сердце, мне все же сдается, что ты обрела некое удовольствие, любовно обнимая свое покойное Чадо. О, пречистая, милостивая Владычица, хочется мне, чтобы ты передала свое любезное Чадо в Его смертном обличье на лоно души моей, дабы, в меру возможности, я пережил духовно и в созерцании то, что телесным образом переживала и ты.
Господи, я возвожу к Тебе очи мои в живейшей радости и самом искреннем обожании, ни один любимый никогда не созерцался так своим любящим. Владыка, отворяется сердце мое: да примет Тебя, подобно тому, как нежная роза открывается навстречу сиянию ясного солнца. И душа моя, Господи, простирает к Тебе руки свои в ненасытном желании. Эй, милостивый Владыка, в жадном томлении ныне я обнимаю Тебя с благодарностью и хвалою, прижимаю к сокровенным недрам души моей и моего сердца, напоминаю Тебе о том славном часе, да никогда не позволишь стереться ему из моей памяти, и умоляю, чтобы ни жизнь, ни смерть, ни радость, ни горе не могли отделить Тебя от меня[521]. Очи мои, Господи, пристально взирают на Твой мертвый лик, душа усердно лобзает Твои свежие, кровавые раны и все чувства насыщаются сладостным плодом под живым древом креста. Так и должно оно быть. Кто-то, Владыка, возлагает надежду свою на безгрешную жизнь, кто-то — на великие упражнения и строгое воздержание, один — на одно, другой — на иное, моя же радость и мое упование — в страстях Твоих, Твоей жертве умилостивления, в заслуге Твоей. Поэтому мне подобает во всякое время носить сие с радостью в основании моего сердца, прилагая все свои силы к тому, чтобы являть вовне оный образ в словах и делах.
О дивное сияние вечного света, из-за меня Ты весьма потускнел! Угаси во мне жгучее вожделение пороков. О чистое и ясное зерцало величия Божия, как испачкано Ты! Очисти обширные пятна моих злодеяний. О прекрасный образ отеческой благостыни, как Ты затемнен, как искажен! Восстанови моей души померкший, обезображенный образ. О агнец невинный, как жестоко поступили с Тобой! Искупи и исправь мою греховную и порочную жизнь. О Царь над всеми царями и Владыка над всеми властителями, вот душа моя созерцает Тебя, скорбно распростертым в образе смертном! Даруй мне, чтобы, как душа моя со скорбью и стоном обнимает Тебя в обезображенном виде, она с радостью обнималась Тобою в Твоем вечном сиянии!
Глава XX
О скорбном положении во гроб
Служитель. А теперь, милостивая Госпожа, поведай мне, чтобы положить конец страданиям своим и речам, как ты прощалась с Возлюбленным.
Ответ. Ужасно было слышать и видеть сие. Ах, все было терпимо, пока Дитя мое было со мной. Но когда моего мертвого Сына отрывали от моего умершего сердца, из моих рук, обнимавших Его, от лица моего, коим я прижималась к Нему, и когда Его клали во гроб, то едва ли можно поверить, сколь великое горе тогда охватило меня. Когда пришел час расставаться, какая скорбь и тоска была заметна во мне! А когда меня отрывали от погребенного Возлюбленного моего, то сие расставание боролось с сердцем моим, подобно горестной смерти. Упав на руки тех, кто меня уводил, я с трудом переставляла ступни, ибо у меня была похищена всякая радость, сердце же мое вновь и вновь обращалось в тоске к Возлюбленному моему. Преданность моя была совершенна — среди всех людей только Я была Ему верна до конца и любила Его до самого гроба.
Служитель. Милостивая, любезная Госпожа, поэтому и приветствуют тебя все сердца и восхваляют все языки, ибо все благо, какое хотело даровать нам сердце Отцово, притекло нам чрез руки Твои. Ты — начало и середина, ты должна быть также концом. Ах, милостивая, пречистая Матерь, вспомни ныне скорбное расставание, подумай о горькой разлуке, лишившей тебя любимого Чада, и помоги мне, да не расстанусь никогда ни с тобой, ни с Его радостным взором. Эй, пречистая Матерь, как душа моя ныне стоит подле тебя в печальном сочувствии, в искреннем рвении обнимает тебя и в созерцании ведет тебя, исполнившись сердечной заботы, благодаря и хваля, от гроба чрез врата Иерусалима в дом твой, так хочется мне, чтобы душа моя, в ее последнем пути, была ведома в свою отчизну и там водворена в вечном блаженстве тобою, пречистая, славная Мать и венец всего моего упования. Аминь.
521