В некоторых пассажах «Часослова», в том числе в гл. 6 кн. I, Ученик называет Христа-Божью Премудрость «возлюбленным». Это наименование толкуется как нареченное Богу имя «Возлюбленный». По-немецки «Amandus» передается как «Herzentrut» (Сердечная радость). Имя «Сердечная радость» Служитель видит в озарении над главою Младенца (см.: Seuse 1977: 426, 22 — 427, 15; с. 114 наст. изд.). В «Часослове» Премудрость возвращает Ученику это дарованное им имя, во свидетельство их единения: «Благочестивый сей Ученик оной Премудрости был наречен Ею Самой, во благодати видения, неким новым и мистическим именем: Брат Аманд»[1225] (гл. 7, кн. II). Это имя, сообщенное персонажу «Часослова», Ученику, стало переноситься переписчиками на самого создателя «Часослова», Г. Сузо.
Итак, надпись, завершающую латинский опус Г. Сузо: «Explicit sapientiae horologium fratris A. ordinis praedicatorum domus С.», следует истолковывать и переводить следующим образом: «Завершается “Часослов Премудрости” брата Аманда [из] Констанцской обители Ордена проповедников».
III. Время создания «Часослова»
Немецкая германистика XIX века выдвигала разные предположения о времени создания «Часослова Премудрости»: 1334—1338 гг. (ранний В. Прегер), 1337—1338 гг. (поздний В. Прегер, Л. Керхер), 1333—1339 гг. (Ф. Феттер), 1333— 1341 гг. (Ф. Штраух, Г. Денифле). Издатели «Часослова Премудрости» Д. Планцер (Dominikus Planzer OP) и П. Кюнцле (Pius Künzle OP) исходят при его датировке из следующих соображений.
В прологе к «Часослову» Г. Сузо упомянул, что переслал свой опус генералу Ордена доминиканцев Хуго де Восман, занимавшему пост с 1333 года вплоть до кончины в 1341 году. Помня о своем осуждении на Маастрихтском капитуле 1330 года за составление «Книжицы Истины», Г. Сузо, по-видимому, стремился обезопасить себя, заручившись поддержкой генерального магистра. Возможно, он желал таким образом защитить уже «Книжицу Вечной Премудрости», но, так как генерал не читал по-немецки, «Книжицу» пришлось переводить на латынь, что послужило главной причиной создания ее расширенной версии, «Часослова».
Итак, праздник Троицы 1333 года, когда бургундец Хуго де Восман вступил в должность генерального магистра, является terminus a quo. Что же касается позднего временного предела, то его следует предварительно установить на 1339 год. В письме XXXV (от 21 сентября 1339 г.) странствующего мистика Генриха Нёрдлингенского к доминиканской визионерке М. Эбнер из обители Мединген указывается на циркуляцию «Часослова Премудрости» в кругу Божьих друзей: Генрих передал экземпляр некоего «Часослова», принадлежащий «нашему любезному отцу» И. Таулеру, приору монастыря Кайсхайм, и Маргарет может его взять у приора, чтобы сделать с него себе копию (см.: Ebner М. 1882: 228, 82—86). Как доказывает К. Бильмайер, речь идет именно о «Часослове» Г. Сузо (см.: Seuse 1907: 108*).
В прологе к своему латинскому произведению Г. Сузо упоминает об «увещательных посланиях» (litterae exhortoriae) магистра Хуго. Посланий, как известно, всего было семь. Они составлялись с 1333 по 1341 год и распространялись во время проведения провинциальных и генеральных конвентов доминиканцев. В прологе же к «Часослову Премудрости» К. Бильмайером были обнаружены прямые заимствования из первого послания Хуго де Восман. Обнародованное в Дижоне на Троицу 1333 года, послание могло достичь Островной обители Констанца спустя несколько недель. При этом цитат из второго, Лиможского, ожидаемого в Констанце к концу июня 1334 года, и всех следующих посланий магистра Хуго в «Часослове» не обнаружено. Исходя из этого, промежуток с середины 1333 по середину 1334 года был установлен как время завершения «Часослова» — при том, впрочем, допущении, что пролог к нему составлялся уже после того, как была написана его основная часть (см.: Seuse 1977: 20-23).
Важное значение для датировки «Часослова Премудрости» имеет помещенное в гл. 5 кн. I видение об овне. С легкой руки В. Прегера оно получало неверное толкование, ибо его детали соотносились с событиями многолетнего противостояния Людвига Баварского с Папой Иоанном XXII. При этом, как демонстрирует П. Кюнцле, многие частности видения не привлекались, поскольку не могли быть истолкованы в заданном ключе (см.: Seuse 1977: 23—24). Созерцание было истолковано заново архиепископом К. Грёбером на основе предпринятого им исследования констанцских хроник. Грёбер убедительно показал, что в видении об овне отражена борьба двух претендентов на епископскую кафедру Констанца, Николая Кенцингенского и графа Альбрехта фон Хоенберг. Упомянутые в видении образы (среди них изображение овна на щите Николая, семьдесят вождей патрицианской партии и т. д.) были удовлетворительно истолкованы посредством соотнесения их с событиями конца весны—лета 1334 года. Видение завершается сценой сокрушения овна — так изображается временное поражение Николая, за которым последовали его победы, признание со стороны императора и посвящение в сан епископа Констанцского. Но окончательная победа Николая Кенцингенского не получила, в силу хронологических причин, отражения в видении, поскольку «Часослов» был к этому времени уже завершен. Таким образом, посредством расшифровки образов видения об овне К. Грёбером (см.: Gröber 1941: 86—90) были подтверждены датировки К. Бильмайера, полученные им при анализе цитации «увещательных посланий» Хуго де Восман.
1225
«<...> humilis ille huius sapientiae discipulus in ea visionis gratia quodam novo et mystico nomine ab ipsa vocatus Frater Amandus»