В оригинале иллюстрация снабжена надписью: «Сия следующая дальше картинка позволяет уразуметь, что есть отрадное отдохновение, его же Бог посылает время от времени Своим страстотерпцам».
Глава VIII
Разъяснение трех затруднений, способных противопоставить любящего человека Богу в наибольшей мере.
Первое: как Он может казаться столь скорым на гнев и быть, тем не менее, любящим
Служитель. О, любезный Владыка, три вещи крайне удивляют меня в моем сокровенном. Вот первая: в Самом Себе Ты преизобилуешь любовью[392] и, однако, являешься весьма строгим Судией злодеяний. Господи, когда я подумаю о Твоей суровой справедливости, то сердце мое восклицает тоскливым голосом: увы, горе всем тем, кто когда-либо грешил, потому что, если бы знали они о строгой Твоей справедливости, с которой Ты готов молча, не слушая возражений, карать всякий грех, и даже прегрешения всех Твоих милых друзей, то они скорей выдрали бы себе зубы и волосы, нежели прогневали Тебя. Ах, гневный Твой лик столь ужасен и столь невыносимо хмурое Твое удаление! Горе мне, Твои неприветливые слова так сильно жгут, что пронзают сердце и душу! Владыка, защити меня от Твоего гневного лика и не продлевай Своего возмездия до иного мира. Смотри, едва в меня закрадывается подозрение, что по вине моих тяжких грехов Ты от меня неприветливо отвращаешь Свой лик, то мне от этого, Господи, становится так скверно, что горшего для меня нет ничего в этом мире. О Господи, праведный Отче, как моему сердцу вынести Твой грозный взор! Едва я подумаю о Твоем искаженном в гневе лике, душа моя так ужасается, так трепещут все силы во мне, что я не в силах отыскать другого подобия, кроме того, когда небо темнеет, облекается черною мглой, огонь буйствует в тучах, оглушительный гром рвет облака, так что земля содрогается, а затем Ты мечешь огненные лучи в человека. Никто, Господи, да не доверяет молчанию Твоему, ибо, воистину, сие гробовое молчание обращается в конце концов в оглушительный гром. Господи, для человека, боящегося Тебя прогневать и потерять, гневный облик Твоей отеческой ярости — это ад пуще всякого ада. Умолчу уже об ужасающем лике Твоем, который предстоит узреть грешникам в содрогании сердца на Страшном суде. Увы, горе, горе тем людям, кого ожидают столь страшные муки!
И вот что, Господи, крайне удивляет сердце мое: несмотря на это, Ты утверждаешь, что преисполнен любви.
Ответ Вечной Премудрости. Я — неизменное Благо и пребываю Тою же Самой и есмь Та же Самая, а то, что кажусь Я изменчивой, проистекает из неравенства тех, кто меня, находясь в грехах или без грехов, разным образом созерцает. Я благостна по природе Своей, но, тем не менее, остаюсь суровым Судией злодеяний. От друзей Своих Я требую детского страха и дружелюбной любви, чтобы страх во всякое время удерживал их от грехов, а любовь в совершенной преданности объединяла со Мною[393].
Глава IX
Другое: отчего Он по Своему произволению зачастую скрывается от друзей Своих[394] и по чему узнают об истинном Его присутствии
Служитель. Господи, все это по сердцу мне, за исключением одного. Случается, Владыка, так, что какая-нибудь душа чахнет по Тебе и по сладким ласкам Твоего сладостного присутствия, а Ты, Господи, молчишь, не проронишь ни единого слова, которое можно услышать[395]. О Господи мой, разве не больно, любезный Владыка, что, будучи единственной и избранной любовью сердечной, Ты удерживаешь Себя вдалеке и безмолвствуешь?
Ответ Вечной Премудрости. Однако же все творения взывают ко Мне, поскольку всё Мною[396].
Служитель. Ах, Господи, здесь этого страждущей душе недостаточно.
Ответ Вечной Премудрости. Каждое слово, изреченное Мною, — весточка любви вашим сердцам, и всякое слово в Священном Писании, Мною начертанное, — сладостное послание любви Моей, как если бы Я Сама его написала[397]. Разве этого вам недостаточно?
Служитель. Ах, любезный и несравненный Возлюбленный, Ты знаешь прекрасно, что любящему сердцу всего того недостаточно, что само по себе не является его единственной любовью и его единственной радостью. Господи, Ты — желанный, избранный и неизреченный Возлюбленный. Погляди, пусть мне возвестят о Тебе все ангельские языки, бесконечная любовь рвется и тянется только к Единому, Коего вожделеет она. Любящая душа принимает Тебя за Небесное Царство, ибо Ты и есть ее Царство Небесное. Увы, Господи, Тебе следовало бы быть — если мне позволительно так говорить — слегка снисходительней к любящим Тебя несчастным сердцам, которые бедствуют без Тебя, по Тебе иссыхают, издают внутри себя по Тебе, единственном Возлюбленном, бездонные вздохи, устремляют на Тебя скорбный свой взор, сердечным голосом восклицают: «Revertere, revertere!»[398][399] — и говорят, обращаясь к себе: «Увы, ты думаешь, что прогневал Его и Он больше не хочет знать о тебе? Надеешься, Он вновь одарит тебя Своим желанным присутствием, и ты любовно обнимешь Его руками сердечными и прижмешь к своему сердцу, дабы у тебя прошла всякая скорбь?»
392
393
394
395
397