После чего повесил трубку.
— Ей не терпится встретиться с тобой, — победоносно сообщил он. — Однако есть одно маленькое «но». После выходных она собирается в небольшой отпуск, так что единственная возможность для вашей встречи — воскресенье утром.
— Но я буду на работе, — возразил булочник.
— Ты что, не можешь раз в жизни взять выходной?
На лице Стефана Жолли отразился явный испуг.
— Мои покупатели порвут меня на куски.
Это ж один из напряженнейших дней недели.
К тому же в воскресенье у меня и так проблем выше крыши. Мой помощник как раз попросил отгул.
— Понятно.
Друзья сидели в молчании.
— Придумал! — вдруг радостно воскликнул Гийом Ладусет. — Я сам присмотрю за булочной, пока тебя не будет. А ты мог бы встать пораньше и все приготовить, чтобы мне осталось лишь обслужить покупателей.
— Но, Гийом… Ты же не умеешь складывать и вычитать.
— Умею.
Булочник удивленно поднял брови.
— Ну ладно, может, и не умею, — поправился сваха. — Но я могу воспользоваться кассой. Навряд ли это так сложно. У меня ведь был кассовый аппарат в парикмахерской, помнишь? Ну же, Стефан! Она как раз в твоем вкусе.
С большим скрипом, но булочник в итоге сдался — правда, поставив ряд условий. Гийом Ладусет обещает, что не будет складывать и вычитать в уме, равно как и злоупотреблять пирожными на подносах. Кроме того, есть покупатели, которые приходят каждую неделю в одно и то же время за одним и тем же заказом, и свахе придется следить, чтобы нужный товар не разобрали до того, как они придут. Затем булочник прошелся по списку, называя каждого по имени и уточняя их запросы.
— Что бы ты ни делал, ты всегда должен быть уверен, что у тебя остались пирожные для женщин. Иначе они с тебя шкуру сдерут. Прячь товар от мужчин, если нужно. Ах да, чуть не забыл: Эмилия Фрэсс всегда приходит утром по воскресеньям за mille-feuille.[31]
— Эмилия Фрэсс всегда приходит утром по воскресеньям за mille-feuille? — повторил сваха.
— Да. И не забудь про мадам Серр с ее ромовой бабой. Эта хуже всех остальных.
Но Гийом уже не мог думать ни о мадам Серр, ни о ее ромовой бабе: все его мысли в тот момент были лишь об Эмилии и ее mille-feuille. Стоило свахе представить, как она подносит кусочек торта ко рту, как бедняга тут же начал гадать, какой десерт она подавала вчера Жильберу Дюбиссону, и в следующую секунду снова летел вниз головой в уже знакомую пропасть страданий. Он вновь увидел почтальона перед воротами замка с букетом цветов — разумеется, из его собственного сада. Увидел их вдвоем в просторной столовой с полом pisé, перед блюдом с угрем, который наверняка получился просто отменным. И поцелуй, что Жильбер Дюбиссон, без сомнения, запечатлел на губах владелицы замка, обвив ее талию своей мерзкой лапой.
Булочник меж тем распрощался, пробормотав что-то о том, что его порвут на куски, если он не вернется в магазин. Не расположенный встречаться с Эмилией и выслушивать, какой чудный вечер она провела с Жильбером Дюбиссоном, сваха поднялся из-за стола, перевернул табличку на двери и отправился на поиски человека из совета.
Жана-Франсуа Лаффоре он нашел возле муниципального душа: в своих жалких брючках, которые, надо отметить, все больше становились инспектору впору, тот о чем-то беседовал с двумя рабочими. В предложении Гийома Ладусетта угоститься бокалом вина в баре «Сен-Жюс» человек из совета мгновенно почуял подвох и вежливо отказался. Ничуть не обескураженный, Гийом стал прохаживаться неподалеку Через какое-то время Жан-Франсуа Лаффоре, хотя и был уверен, что это ловушка, понял, что больше не в состоянии выносить неизвестность, и решительно двинулся к назойливому селянину. На вопрос, может ли он чем-то помочь, Гийом предложил немного прогуляться, и человек из совета согласился, ибо посчитал, что пусть лучше случится то, что должно случиться, чем эта мука ожидания.
Сначала Гийом привел Жана-Франсуа Лаффоре к скамейке у фонтана, который якобы исцелял от подагры. Сваха ткнул мсье Моро пальцем, выяснилось, что старик еще жив, и им пришлось искать уединения в церкви. Однако внутри обнаружилось несколько местных: они лежали на мраморных надгробиях, наслаждаясь прохладой. Не зная, где пытать счастья дальше, Гийом предложил пройтись по берегу Белль. Они продирались сквозь заросли дикой мяты, пока не оказались у старой прачечной. Сваха указал человеку из совета на одну из каменных плит под черепичной крышей, присел сам и рассказал о «Грезах сердца», о «Непревзойденной Золотой Услуге» и об одной особенной женщине, которая очень хочет с ним познакомиться.