Вот не понравилась всем членам группы последнее выражение…
«Первое».
Это, что же, значит, и второе последует?
А там и третье…
И раз всех их на это совещание пригласили — то, с большой долей вероятности, можно предположить, что разгребать эту неприятную кучу всевозможного химдерьма предстоит именно им…
Что вскоре и подтвердилось.
Как выяснилось в ходе дальнейшего пояснения, по маркировке на контейнере удалось установить не только его содержимое, но проследить и источник происхождения — и что самое главное — выяснить, сколько подобной гадости было поставлено в своё время на Украину.
Уж, какими там путями всё это делалось — Бог весть!
Но полученные результаты не радовали. От слова — совсем.
Ибо того количества снарядов, что, предположительно оставалось на складах, вполне хватило бы для того, чтобы залить этой отравой город небольшого размера.
— Следует учесть, что, согласно имеющейся информации, данные боеприпасы не предназначены для использования в ходе боевых действий. Они будут использованы для нанесения удара по мирным жителям. То есть там, где не предполагается наличия частей РХБЗ[3] и вообще сколько-нибудь подготовленных в данном плане людей. Задача — нанесение максимально возможного ущерба, с последующей кампанией об этом в зарубежных средствах массовой информации. Разумеется, в этом обвинят нас…
— Мы должны эти боеприпасы обнаружить? — поднялся со своего места Ведерников.
— И уничтожить, — кивнул в ответ генерал.
— Захват не планируется?
— А смысл? Даже если мы не только притащим эти снаряды прямо на порог здания ООН и положим сверху все сопроводительные документы на груз, этого никто не увидит… Так что никто ничего тащить на обязан.
— То есть — найти и уничтожить?
— Именно так! Ну, если повезёт прихватить какую-нибудь документацию, это тоже лишним не станет. Но в любом случае — этими снарядами по нашим людям никто не должен выстрелить.
— Понятно, товарищ генерал-майор! Один вопрос — где их искать?
— Такая работа уже идёт, о результатах вам сообщат позднее. А пока, — Сомов кивнул в сторону штатского, — товарищ Гнедышев детально проинструктирует вас о некоторых особенностях будущей работы по этим боеприпасам. Это вам знать абсолютно необходимо!
Уже выходя из кабинета, капитан задержался на пороге и спросил у Сомова. — Товарищ генерал, а почему именно наша группа? Насколько я в курсе дела, есть ведь ребята аналогичного уровня, но специализирующиеся именно по таким вот вредным штучкам? Логичнее было бы задействовать как раз их, а не нас наспех чему-то там обучать…
— Есть, — кивнул генерал. — Более того — эта группа уже прибыла и тоже проходит подготовку к выходу. Но имеются определённые соображения… с которыми я знакомлю тебя чуть позже. Сам всё поймёшь!
И понеслось…
К обычной работе добавились также и лекции Гнедышева. После первой же из них, у большинства членов группы возникло жгучее желание уронить что-нибудь тяжелое и взрывоопасное на здание того самого института, где разрабатывались эти жуткие штучки. А после второй, дернуть за рычаг бомбосбрасывателя был готов уже каждый. И не только на институт уронить — заодно и на здание завода.
Они этот самый институт и завод уже видели — лектор прокрутил им несколько видеозаписей, где всё это можно было рассмотреть почти в деталях. Нахальству тех, кто производил съёмку, можно было только позавидовать — судя по всему, парни это были абсолютно безбашенные. На кадрах был запечатлён даже процесс проверки документов охраной! Это вообще непонятно как сняли!
А уж кадры испытаний «продукта»… про это даже и во сне лучше не вспоминать…
Однако время шло… и никаких указаний от командования всё никак не поступало. Кстати, и ту самую группу конкретных спецов на учениях увидеть удалось. Ничего ребята оказались — крепкие и тренированные. Посмотрев на то, как они лихо скачут по полосе препятствий и работают в рукопашке, никаких хиханек и хахонек в их адрес никто и не подумал отпускать — парни грамотные! И дело знают добре!
Правда, генерал и про группу капитана не забыл, и в один прекрасный день перед ними нарисовался пожилой дядька в камуфляже без знаков различия.
— Прошу любить и жаловать! — кивнул начальник полигона в его сторону. — Петр Михайлович у нас известный специалист по нештатному применению штатных средств вооружения. Взрывы, стрельба и всё такое прочее. Вот и пообщайтесь…
«Дядя Петя?»
Приходилось слышать… многое народ о нм рассказывал. Всякое-разное — но общим было одно — мужик серьёзный и с выдумкой.