Но также недостаточно просто прочитать один текст сразу же за другим: они рассчитаны на индивидуального пациента, и их необходимо изменить.
Основное изменение вносится в формулу там, где оператор говорит о «силе — легкой, как воздух, и прочной, как сталь…», которая наполняет все существо пациента. Эта формула-внушение говорится только перед окончательным пробуждением пациента, а сейчас мы лишь переводим его из одного состояния Fatuuma в другое…
Итак, эта формула и все, следующее за ней, вплоть до слов «Ваши руки обретают гибкость и подвижность…», переносится дальше, в конец акта, а вместо нее, вслед за словами «Когда вы откроете глаза, а откроете вы их только по моему приказанию — не раньше и не позже…» Маг вставляет следующее:
«Перед вашими глазами будет прозрачная, наполненная целительным розовым туманом чаша, сосуд, приготовленный для всякого страдания, всякой боли, всякого греха. И вы смело вступите в ее клубящиеся, светящиеся целительные недра, чтобы очиститься, навсегда очиститься от мрака, страха и боли, чтобы, медленно погружаясь в ее прохладные розовые волны, плыть, очищаясь и освобождаясь от мрака, страха и боли; сбросить изношенные одежды прошлого, — чистыми, омытыми и возобновленными предстать перед лицем Господа, и станет так. КАДОШ!»
Все это Маг говорит стоя, простерев правую руку над конденсатором и смотря не на аудиторию или на какого-то конкретного пациента, а в глубь зала, поверх сидящих людей, туда, где, клубясь, возникает туманное облако эгрегора. Маг заклинает не Человека, он заклинает эгрегор. Он оковывает эгрегор цепями своей воли и обращается к нему с позиций высшей власти.
Понявший это обладает теургической властью.
Следует продолжение, вторая формула пробуждения из индивидуального акта: «Ваши руки обретают гибкость и подвижность…»
Таким образом две формулы пробуждения сливаются в одну.
Но что дальше?
Маг заканчивает формулу пробуждения властным: «Вы медленно открываете глаза, открываете глаза…»
И вот — после того как аудитория «пробудилась», а по сути перешла в иную, более мягкую фазу Fatuuma, Маг рядом приказаний фиксирует взгляд массового пациента на чаше с конденсатором, предлагая смотреть только в чашу — в самую ее глубину — спокойно, расслабившись, без малейшего напряжения. Он предлагает войти, погрузиться в нее, слиться с ее сияющими целительными розовыми волнами, лететь в их прохладной всеисцеляющей глубине, оставить в чаше всякий мрак, всякий страх, всякую боль и всякий грех, отречься от них во веки веков и передать их всепоглощающей, принимающей всякую боль чаше — навсегда, навсегда…
Маг несет аудитории силу и свежесть утреннего ветра, сквозящего над великой рекой, в тот миг, когда над ней восходит Солнце, он предлагает пациенту самому сделаться свободным утренним ветром и — понестись над великой розовой рекой навстречу восходящему Солнцу; он дает неуязвимость, легкость, спокойствие и силу, он предлагает оставить боль далеко сзади, в долинах плача, в ущельях скорби, уплыть далеко-далеко, глубоко-глубоко в клубящихся синих струях, в очищающих волнах чаши, то растворяясь и распадаясь на мириады мельчайших частиц, то снова сливаясь воедино, соединяясь с этой бесконечной всепобеждающей силой, силой, силой.
Затем он предлагает массовому пациенту медленно вернуться в оставленные недра клеточек, мускулов, органов своего тела, прислушаться к звучанию дальнего ликующего хора — то поют, радуясь, клеточки его плоти; ибо мы принесли им силу и легкость клубящихся розовых волн, и теперь, воистину, сами они стали сосудом, прозрачным хрустальным сосудом, преломляющим лучи восходящего Солнца….
Здесь дан только верный символический ряд. Сама формула работы с символами сознания и конденсатором строится каждым адептом индивидуально, наполняется рядом его собственных идей и в конечном счете — несет его параметры силы.
Так завершается четвертый, предпоследний этап массового акта Священной Терапевтики — этап работы с символами сознания.
Надо сказать, что переход от четвертого этапа к пятому при массовом лечении сильно отличается от аналогичного перехода при индивидуальном акте. Там в принципе вообще нет никакого определенного перехода: оператор, закончив работу с символами сознания и конденсатором, говорит несколько общих расслабляюще-гармонизирующих формул, иногда сопровождающихся психическими пассами или сефиротическими манипуляциями жезлом[299], а иногда нет. После чего сразу читается теургическое моление.
При массовом лечении это невозможно.