Любовь не знает ограничений. Для любви не существует условностей и барьеров. Виды любви последовательно и иерархически соотносятся между собой.
Важно это соотношение не путать и не менять.
Поэтому необходимо объяснить массовому пациенту важнейшее правило: во время Братской молитвы ни о чем субъективном думать нельзя. Молиться следует не о собственном благе, но о благе сидящего рядом, знакомого или незнакомого Человека. Этого Человека должна исповедать и выстрадать перед Богом душа молящегося. И если это будет достигнуто — Слава Божия снизойдет на него и разрешит от всех страданий. Ведь и он — ближний, ведь о нем молятся сейчас десятки и сотни других душ…
Так мы приходим к кульминации теургической магической цепи.
Формула Братской молитвы отвечает как эзотерическим, так и чисто экзотерическим требованиям. То есть она универсальна и, составленная по Закону Теургической магической цепи, распространяется на каждую душу, ожидающую Божественного Откровения. И Маг, и ученик, и всякий непосвященный могут успешно пользоваться ее силой, при том условии, конечно, что внутренне они принимают все, о чем говорится в молитве.
Братская молитва:
«Венценосный Боже! Внемли нам, ибо мы совратились и, как слепцы, блуждали в пустоте, и посох не был нам опорою; свет был нам тьмою, а дороги вели нас в бездну. И, спотыкаясь, мы брели во мраке, и бешеные псы раздирали наши одежды, и мы не знали пути.
Мудрый Боже! Не оставляй нас во мраке и отчаянии, хоть мы и были слепы к правде Твоей, хоть глухи мы были и не слышали слов Твоих, а молитва иссякла из наших уст и умерла в наших сердцах.
Всеведущий Боже! Смилуйся над нами, прости грехи и беззакония наши, ибо мы не ведали, что творим. Пролей лучи Свои в холодные склепы наших душ и исцели нас от мрака неведения.
Милосердный Боже! Прости нас, хоть мы никого не прощали, а как змеи и скорпионы, жалили наших ближних; мыслью, словом и делом творили зло, и радовались этому, и с пеной у рта поносили Имя Твое!
Карающий Боже! Да не минует нас правосудие Твое, да будет Воля Твоя, да рухнут позорные стены, которыми мы оградили себя от мира и всего человечества, и да рассеются наши грехи перед Твоим огненным взором!
Прекрасный Боже! Прими души наши в лоно Твое, в сиянии миров Твоих успокоение дай нам, из источника Великой Силы напои нас и укрепи для жертвы, воли и любви.
Торжествующий Боже! Прямыми да будут стези Твои, и да приблизится Царствие Твое в умах, сердцах и телах всех людей.
Славный Боже! Слава Твоя несется над бушующими водами и гремит над снежными вершинами, и, радуясь, мы возвещаем: Слава!
Боже Царствующий! Ты вращаешь колеса времен, творишь миры и эпохи, а Сам, ВечноНеизменный, пребываешь вне времени и вне пространства! Сияющим мечом правосудия Твоего отсеки в нас человеческое — от звериного, землю — от огня, так, чтобы не торжествовал искушающий нас, чтобы мы умерли в старой плоти и родились в новой — чистые, как дети, свободные — как Духи и яркие — как лучи!
АМЕН!»
Молитва завершается уничтожением уже насыщенного AODом аудитории конденсатора: переходя к девятой, последней части молитвы, с первых слов воззвания «Боже Царствующий!» Маг берет с престола священный нож.
Восхваляя Бога и держа клинок двумя руками параллельно престолу, он чертит над конденсатором знак Герметического креста. При воззвании «Сияющим мечом правосудия…» Маг перехватывает священный нож так, чтобы острие его смотрело в центр конденсатора и, выдыхая заклинательное «отсеки!»[301], резко опускает нож. Острие касается дна чаши с конденсатором.
Сила Мага находится в кульминации: часть ее несется вверх, к эгрегору Братства, а другая часть со словами молитвы сбегает по лезвию вниз и, распространяясь, наполняет собой весь конденсатор.
Великое Имя Божие «АМЕН» сопровождает вычерчивание Священным клинком еще одного Герметического креста — уже внутри конденсатора.
Этот крест, уничтожающий информационную и энергетическую структуру конденсатора, следует назвать «огненным» потому что в очищающем пламени сгорает всякое зло. Маг родил это пламя силою своей молитвы.
301
Восклицательный знак передает интонацию слова-формулы по отношению к дальнейшему тексту Братской молитвы. Между «отсеки!» и «в нас…» делается короткая пауза, а само слово звучит торжественно и властно, ярко выделяясь из среды остального текста