(Тауантинсуйу, территория нынешнего северного Перу. Конец июля 1529 года)
“Так вот они какие, эти тапиры”, - думал Чекчи Миси, глядя на пятерых странных черно-коричневых длинноносых зверей. Полтора месяца лазания по этим проклятым горам все же не прошли даром, охотникам удалось изловить их — и теперь молодой жрец мог смело рассчитывать на будущую награду от Сапа Инки. А в том, что она будет, он и не сомневался — благо Уаскар был достаточно щедр на награды тем, кто успешно выполнял его поручение. Вон каких-то геологов с кузнецами сделал “инками по привилегии” и отдал им в жены “Дев Солнца”. Так чем он хуже? Правда, он знал, что сейчас в Тауантинсуйу идет война с мятежниками, и Великий Инка также отправился в поход — но ведь, это все знают, она скоро закончится. Армия наместника уну Тальян не допустила врага даже до Томебамбы, а сейчас армия Инки уже перешла в наступление и скоро возьмет Кито, а изменника-Руминьяви кинут в подземелье к гадам и хищным зверям.
А вот как Сапа Инка вернется в Куско — он и предъявит ему пойманных зверей. Интересно, чем его наградит Сын Солнца? Отдаст в жены “Деву Солнца”, позволит носить золотые украшения, назначит на какую-нибудь должность в главном храме Солнца или, может быть, объявит “Ринкрийок куна”? Ну да время покажет…
Но что бы это не было — было понятно, что в любом случае это сделает его уважаемым человеком. Не так уж многим везет получить награду от самого Великого Инки! А, значит, эта репутация поспособствует более быстрому карьерному росту… Кем он был? Всего лишь один из жрецов Солнца. Один из тысяч. Ну имевший интересы о животных Тауантинсуйу — из-за чего, видимо, верховный жрец и обратил на него внимание. Но в обычных условиях это не имеет особого значения, и лишь немногим удается выбиться в люди. Но теперь он из тех, на кого обратил внимание Сапа Инка — и даже лично давал поручение, которое он успешно выполнил. Конечно, помимо повышения репутации, это давало и множество завистников… Но без этого, как известно, не бывает…
Глава 16
Теперь ничто не мешало объединенным силам Писарро и Альмагро направить свой завоевательный поход в центр империи инков. У большинства местного населения первой реакцией на смерть Атауальпы было чувство облегчения. Она им казалась ознаменованием конца угнетению, которому они подвергались со стороны китонцев, победителей в гражданской войне. Писарро не терял времени на сплочение сторонников Уаскара, так как он собирался дойти до Куско и желал появиться там как его освободитель. Теперь он уже знал, до какой степени управленческий аппарат империи зависел от самого Инки. И ему сильно повезло, что вместе с ним в Кахамарке находился самый старший сын из оставшихся в живых законных сыновей Уайна-Капака. Это был Тупак Уальпа, младший брат Уаскара, человек, принимавший после своего приезда в Кахамарку все меры предосторожности, чтобы избежать перспективы быть убитым по приказу Атауальпы. Писарро позаботился о том, чтобы этот Инка-марионетка получил при коронации все традиционные символы власти, какие получает Инка при восшествии на престол.[73]
(Тауантинсуйу, уну Кито, Риобамба. 24 июля 1529 года)
Сложившаяся ситуация не нравилась Руминьяви все больше… Уже второй день южане палят из своих “громовых труб” без особого толка — как будто хотят раскрошить в порошок эти горы, что явно нецелесообразно, — но при этом так и не предпринимают практически никаких активных действий. Что они хотят? Генералы предполагали, что таким образом южане пытаются изматывать им нервы, дожидаясь подхода основных сил. Может быть, даже надеются, что они отступят без боя.
Но такое простое объяснение вызывало у Руминьяви сомнения — что добьется этим Уаскар? Весь этот обстрел стоил жизни всего десятку его солдат. Да такой обстрел скорее, наоборот, внушит солдатам, что “громовые трубы” не страшнее обычного оружия. Хотя, может быть, этого и добивается Уаскар? Чтобы потом одним массированным применением “Громовых труб” уничтожить всю его армию?
Но и тут что-то не то… Что-то думалось, что все куда сложнее… Может быть, знакомство с Титу Атаучи (Уаскара Руминьяви изначально рассматривал лишь как формального командующего — особыми военными талантами он прежде никогда не отличался) намекало на то, что вряд ли этот генерал выбрал бы столь прямолинейную тактику как атака на укрепленные позиции за рекой?
Немного подумав, Руминьяви вызвал начальника своей разведслужбы, поинтересовавшись, что известно о противнике. Как оказалось, в основном лагере Уаскара сейчас, судя по всему, шла подготовка к штурму — но, скорее всего, он будет не сегодня, а лишь завтра после подхода основных сил Южной армии. Посланные вдоль берега реки разведчики доложили, что вниз по течению ничего подозрительного замечено не было. А вот из тех, кто отправился вверх по течению, вернулись не все — хотя вернувшиеся тоже утверждали, что там все спокойно. Можно было бы предположить, что они просто по каким-то причинам задержались, но на всякий случай он все же отправил уже более крупные разведгруппы…