Этта должна была затаиться. Чтобы никто не связал ее с бароном раньше времени, нужно было найти в квартире барона брачное свидетельство, единственное, что могло вывести полицию на ее след. Мы проверили записи портье и выяснили, что в четверг Сэмюель Браун из Больших шлахтгаусов привез в пятнадцатую квартиру баранью ногу – помните ту тушу из списка, доктор? – якобы заказанную мистером и миссис Вэзерли. Те, разумеется, о ней понятия не имеют, находясь в отпуске на побережье. Боюсь, когда они вернутся на следующей неделе, их будет ждать неприятный сюрприз. Портье, отлично знавший Сэмюеля, поверил, что Вэзерли решили вернуться пораньше и попросили заранее наполнить холодильный шкаф продуктами, – думаю, подделанный бланк заказа ему в этом помог. Он дал Сэмюелю ключ от черного хода и не стал следить за ним, решив отсидеться в теплой консьержной. Забросив ногу в пятнадцатую квартиру, Сэмюель спустился к барону и открыл дверь его ключами, вынутыми из кармана перед убийством. Именно он устроил там разгром, который я пытался свалить на леди Эвелин.
Прошло два дня. Наши заговорщики ждали в газетах объявления об убийстве барона, чтобы приступить к следующей части плана. Они полагали, что о трупе, найденном в Талле, еще не сообщили в полицию или что перед приездом патрульных кто-то обчистил тело барона и полиция не смогла еще установить личность жертвы. Выжидая действий полиции, они были удивлены нашему приходу в шлахтгаусы – никто из них не думал, что расследование идет полным ходом и кто-то свяжет скотобойню с делом барона. Тогда они поняли, что пора отводить от себя подозрения. С самого начала они собирались подставить леди Гринберг. Несчастная невеста, из ревности убившая жениха, должна была покончить со своей жизнью на мосту, а полиция получила бы ее признание и растиражировала его по всем газетам. Никто бы не усомнился в вине леди Эвелин, а через некоторое время в городе объявилась бы баронесса Фрейбург, способная предъявить свидетельство о браке и фамильный перстень барона, якобы подаренный ей в честь свадьбы. Мариетта Фрейбург получила бы наследство барона и, продав титул и оставшиеся земли, вновь исчезла, вероятно, чтобы сочетаться браком с мистером Брауном в одной из колоний.
Но все пошло не так. Леди Эвелин сопутствовало поразительное везение. Сэмюель Браун бросился искать леди Гринберг сразу после нашего ухода, но та уехала на выходные за город. По ее возвращении он начал за ней слежку и в какой-то момент смог застать ее врасплох и усыпить. Он снял с ее пальца обручальное кольцо, намереваясь потом продать его в ломбард, и засунул ее в заранее арендованную карету, но, прежде чем сумел сбросить ее тело в воду, леди Эвелин сбежала. Справедливо предполагая, что леди Гринберг сразу отправится в полицию, Сэмюель бросился к Мариетте. Между возлюбленными произошла ссора, но все же ему удалось уговорить Мариетту бросить все и немедленно бежать из Гетценбурга, пусть и без денег. Однако в самый разгар сборов – честное слово, в отличие от леди Эвелин им будто сам Пех[11] палки в колеса ставил – к ним заявились мы с вами. Сэмюель исчез из квартиры через выход на кухне, надеясь переждать наш визит на лестнице и вернуться. Но, когда я запер черный ход и отрезал обратный путь в квартиру, он понял, что стоит только полицейским проверить лестницу, как он окажется в западне. Он спустился, намереваясь ускользнуть из дома через заднюю дверь, но внизу обнаружил леди Эвелин, женщину, которая привела полицию к ним.
– Вы сказали, что надеетесь использовать ее как приманку, – вспомнил кузен.
Виктор кивнул.
– Я действительно надеялся, что в отчаянии он набросится на нее. Не так просто было бы доказать его участие в первом нападении на леди Эвелин. Она не сумела бы его опознать, а ее обручальное кольцо мы могли у него не найти. Теперь нам не нужно ничего доказывать.
Кузен молчал, видимо, ужасаясь подобной практичности. Будто Эвелин что-то угрожало: с ее везением можно было выставить ее перед расстрельной командой, и скорее всего она вернулась бы без единой царапины.
11
От нем. Pech – неудача. Старое суеверие, до сих пор упоминается на севере империи. Нелюбимый брат Судьбы, запутывающий ее пряжу и тем самым приносящий людям несчастья и неудачи. В некоторых местах также считается прозвищем Ворона.