Выбрать главу

Члены экипажа догадывались, что в Грецию на «Лазури» прибыла партия незаконных мигрантов. Лично их никто не видел, поскольку погрузились они на борт в Батуми ночью, но утаить такое на небольшом судне практически невозможно. Однако об этом члены экипажа между собой даже не разговаривали. Богу богово, а цезарю – цезарево. На то Мочаидзе и капитан, чтобы вести свои дела с размахом.

А переброска из Батуми в Грецию партии нелегалов дорогого стоит. По десять тысяч с каждого – с десяти человек сто тысяч «бакинских» набегает. А ведь можно и двадцать тысяч запросить, тогда вообще двести тысяч «на карман» мастеру обломится. Не бизнес – сказка. Особенно учитывая то, что в открытом море этих самых нелегалов, во избежание неприятностей, можно попросту «расшлепать» и сбросить за борт – такое тоже практиковалось. Но даже в этом случае члены экипажа «Лазури» прикинулись бы глухими и слепыми...

Так что нахождение Мочаидзе на мостике ничуть не беспокоило ни грузового помощника, ни вахтенную команду. Они отлично знали, что нужно видеть, а чего не замечать в упор. Давно развалилось Батумское морское пароходство, но его традиции остались незыблемыми...

Наконец последний поддон исчез в трюме. Старший бригады грузчиков коротко переговорил с грузовым помощником и сошел по трапу на берег. Не очень перетрудившаяся восьмерка портовых пролетариев отправилась восвояси.

Водитель трейлера, ноги которого торчали все это время в окне кабины, выбрался на подножку, зевнул и с файлом под мышкой двинулся к трапу. Ему тоже нужно было подписать документы, но уже у мастера.

Мочаидзе встретил грека у трапа.

– Привет, Ангел! – сказал он по-английски, пожимая руку водителя. – Все в порядке?

– Привет, Гога! – тоже на ломаном английском ответил Ангелос. – Да, все в порядке.

– Так что, можно?.. – воровато оглянулся по сторонам Мочаидзе.

– Да, – кивнул грек. – Двери трейлера открыты. Пусть они только прикроются там мешковиной.

– Понял, – кивнул Мочаидзе и гостеприимно открыл дверь надстройки: – Проходи!

Ангелос со знанием дела переступил через комингс. Сухопутные люди через эти самые комингсы перецепляются напропалую, бывает, и увечья получают, но грек на «Лазури» бывал не впервые. С Мочаидзе он работал давно, поэтому они и понимали друг друга с полуслова.

Грек шагнул в надстройку, сам же мастер на несколько секунд задержался на разом опустевшей палубе судна. Находящиеся на борту члены экипажа «Лазури» тоже были не новичками, поэтому предусмотрительно попрятались. Как говорится, меньше видишь – лучше спишь...

И только вахтенный матрос дисциплинированно торчал чуть поодаль от трапа, облокотившись о леерное ограждение. И вовсе не от служебного рвения. Просто именно он был главным действующим лицом в операции по переброске нелегалов: именно на его вахте мигранты погрузились ночью в Батуми, именно он разместил их на судне и кормил во время перехода. Ему же и предстояло заняться «выгрузкой».

Подозвав вахтенного знаком, Мочаидзе негромко сказал:

– Выводи их, в темпе! Пусть быстро грузятся в трейлер и накроются там брезентом. То есть мешковиной. В общем, что будет...

Вахтенный кивнул и скрылся за углом. Мочаидзе проводил его ухмылкой: в случае чего, именно вахтенный матрос должен был стать «козлом отпущения». Мочаидзе и Ангел были прожженными контрабандистами. И организовали все так, что им за все время даже ни разу не нужно было видеть нелегалов.

Не став больше задерживаться, Мочаидзе скрылся в надстройке и нагнал грека на трапе. Проводив его в свою каюту, мастер расписался в документах и поставил на них оттиски судовой печати. После чего приблизился к иллюминатору и посмотрел на причальную стенку.

12

Москва, Лубянка,

август 2004 года

– Логинов, зайди! – коротко приказал по телефону начальник УБТ Локтионов. – Нас вызывает директор.

– Какие-то документы брать?

– Не нужно. Директор только что вернулся из Кремля. С заседания комиссии по борьбе с террором.

– Ясно, – коротко ответил Виктор. – Иду...

Несколько минут спустя Локтионов с Логиновым были уже в кабинете директора ФСБ. Тот разговаривал со своим первым замом.

– Заходите, садитесь, – повернулся к двери директор. – Мы тут как раз обсуждаем результаты заседания.

– Что, попало нам на орехи? – спросил Локтионов.

– Не совсем, – задумчиво проговорил директор. – Но шороха ваше особое мнение наделало... Комиссия решила не принимать скоропалительных решений. Для проработки вопроса о законодательных инициативах создана рабочая группа. От нас в ее состав включен первый замдиректора. Но это все перспектива – раньше чем осенью члены комиссии не соберутся. В Думе каникулы, да и вообще – сезон отпусков. Но вот вопрос о безопасности наших олимпийцев откладывать некуда – Олимпиада на носу. Поэтому протокольным поручением нам предписано заняться этим немедленно. Завтра я должен предоставить перечень мероприятий в Кремль – на утверждение. Тебе, Логинов, можно сказать, повезло...

– Да? – почесал себя за ухом Виктор и осторожно уточнил: – А в чем, разрешите узнать?

– Ты отправляешься в Афины в качестве консультанта по безопасности. Без дипломатического статуса, но с самыми широкими полномочиями. Твоя задача – обеспечить безопасность наших олимпийцев. До прихода в Пирей «Остердама» у тебя будет почти неделя на ознакомление с ситуацией...

– Здорово. И как я сам смогу обеспечить безопасность огромной делегации? – вздохнул Виктор и посмотрел на Локтионова, словно бы ожидая поддержки.

От внимания директора это не ускользнуло, и он сказал:

– А что ты хотел, Логинов? Инициатива в нашем деле наказуема, это давно известно. Твои соображения не на шутку встревожили членов совета...

– И они поспешили перевести стрелки на ФСБ, так? – вздохнул Виктор.

– По форме, может, и так, но по сути – не совсем. Наши предложения будут завтра рассмотрены и утверждены. Отсюда вопрос: что необходимо сделать, чтобы предотвратить возможный теракт?

– Для этого необходимо было физически устранить лидеров ГКО еще пару лет назад!

– Не устранили... – развел руками директор. – То есть устранили, но далеко не всех. Что дальше?

– На «Остердам» нужно посадить «Альфу». Весь отряд с полным вооружением. Плюс десятку «Сатурна».

– Нереально. Опустись на землю, Логинов. Вопрос серьезный. И времени на фантазии нет.

– Тогда так, – вздохнул Виктор. – Пусть в море за «Остердамом» шлепает наш эсминец, а потом останется торчать на границе территориальных вод. На него нужно посадить отделение «Альфы». И хорошо бы еще придать ему подлодку какую-нибудь с боевыми пловцами, на всякий случай. Это реально?

– Завтра узнаем, – сказал директор, делая пометки в блокноте. – Что еще?

– На «Остердаме» должно быть человек пять наших людей – из УБТ...

– Боюсь, поздно, – покачал головой первый замдиректора. – Состав делегации утвержден на государственном уровне. Там и так двадцать спецов из Главного управления охраны...

– Да, – кивнул директор. – Мы подавали списки еще весной. Но попробуем... Это все?

– Пока да, – кивнул Виктор.

– Смотри. Потом предлагать что-либо будет уже поздно. А отвечать, в случае чего, придется именно нам...

– Но я же не знаю обстановки в Афинах!

– А кто ее знает? Тогда, значит, все. Готовься, Логинов. Служебный паспорт тебе оформят без проволочек. Билет закажем. Полетишь первым классом, как крутой воровской авторитет...

– Спасибо...

– Не за что. Назвался груздем, полезай в кузовок... Однако шутки в сторону. Мы на тебя, Логинов, надеемся! Спохватились, конечно, как всегда, в самый последний момент. Раньше этим нужно было заниматься – хотя бы за месяц... Но теперь говорить об этом поздно. Теперь, Логинов, вся надежда на тебя. На твою интуицию и профессиональное чутье. Так что не подведи нас... Приказ ясен?