в) убеждает в том, что христианин воспринимает смерть иначе, чем те, кто не имеет надежды; и, наконец,
г) признает скорбь, вызываемую разлукой с близким человеком, и поощряет изъявление этого чувства. Западный мир, стараясь подавить вызываемое смертью горе, пытается маскировать его. Тем самым жизнь становится маской, прикрывающей лицо смерти» [[810]].
Чтения и песнопения Последования погребения составляют как бы драматический диалог, который происходит между священниками, родными и близкими покойного и… самим покойным. В нем подчеркивается суетность земной жизни и утверждается неизмеримая ценность вечных благ будущего Царства. В то же время возвышенно и смиренно священники и народ молят Бога Вседержителя о бесконечном милосердии к усопшему. При этом всякий, кто внимательно вслушивается в слова покаянных песнопений Последования, получает глубокое утешение и полезное назидание. Ведь Последование — это не только возможность выразить нашу любовь к усопшему собрату, это благое время для того, чтобы «сделать из горестей источник для любомудрия», как учит Григорий Богослов [[811]]. Когда мы погружаемся в возвышенный смысл Последования погребения, душа наша очищается покаянием, сердце умягчается, и мы горячо молимся о прощении и упокоении того, кто перешел в загробную жизнь. И сами мы, живые, преисполняемся решимости прожить отпущенный нам срок в покаянии и благочестии, предавая себя Христу Богу.
Об этом прекрасно пишет святой Златоуст:
{стр. 350}
«Так Иакова оплакивали сорок дней, столько же дней и Моисея оплакивали иудеи и сетовали, потому что смерть тогда была смертью. А теперь не так, но бывают песнопения, молитвы и псалмы, все это показывает, что смерть заключает в себе удовольствие — ведь псалмы символ радости: благодушествует ли кто в вас, говорится, да поет (Иак. 5, 13). Так как мы исполнены радости, то и поем по умершим псалмы, которые убеждают нас не бояться смерти» [[812]].
Перед основным последованием у места, где находится тело умершего, поется «Трисвятое», называемое так по начальной троичной молитве: «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас», повторяемой трижды, затем «Пресвятая Троица», «Отче наш». В этих молитвах, возносящих славу, благодарение и прошение Триединому Богу, выражается глубокая вера нашей Церкви в то, что Бог, владычествующий над нашими жизнями, явит Свою безмерную милость к усопшему.
Затем поются четыре тропаря, в которых мы горячо молим Господа упокоить усопшего с теми, кто получил спасение, с душами праведников, достигших совершенства, как говорит об этом Апостол (Евр. 12, 23). Мы молимся, чтобы «Бог, сошедший во ад и узы окованных разрешивший» [[813]], упокоил и души рабов Своих, уже перенесшихся в лоно Церкви Торжествующей. И поскольку «едина чистая и непорочная Дева» Богородица Мария имеет дерзновение к Сыну Своему, мы просим и Ее молить о спасении усопшего собрата.
Далее священник молит Бога «духов и всякия плоти», смерть поправшего, и диавола упразднившего, и даровавшего нам жизнь и воскресение, чтобы Он, зная нашу {стр. 351} немощь и подверженность греху, как «един безгрешен», простил нашего умершего брата. Мы молимся, чтобы Бог, «яко благ и человеколюбец», простил его грех и поместил его душу во всесветлом раю, исполненном радости и мира. Согласно Симеону Солунскому, Трисвятое поется по умершим, ибо они — «яко Троицы скончавшиеся рабы, и Ту провозвестиша, и в Той скончашася, и с Той ходят, и с ангелами вчинятся, трисвятую песнь непрестанно поющими» [[814]].
«Непорочны»
Когда–то Последование погребения начиналось прекрасным и глубоко символичным псалмом 90, который гласит: «Живый в помощи Вышняго, в крове Бога Небеснаго водворится…» [[815]]. Сейчас, к сожалению, этот псалом не читается, сохраняясь лишь в Последованиях; погребения монахов и всех клириков вообще. Этот исполненный покаяния псалом, центральная идея которого: «Если Бог за нас, кто против нас?» (Рим. 8, 31), — отличается возвышенностью мыслей и горячей верой, полностью отвечая целям Последования. Содержание псалма диалектично. В первых стихах (1–13) запечатлены слова души, которая, разлучившись с телом и направляясь к Небесным Обителям, подвергается суровой проверке и жестоким нападениям со стороны злых духов. Последние с неимоверным злорадством припоминают душе ее прегрешения, пытаясь силой удержать ее. Но душа, укрепляясь надеждой на Всевышнего, прибегает к Его помощи. Она верит, что Он спасет ее от хитрых сетей «охотников» и их коварства, что Господь укроет ее под сенью Своей истины от их наветов и обвинений, оградит ее от диавола и пошлет ей в этот решающий час Своих светлых Ангелов, дабы охранить ее от всех опасностей. {стр. 352} И всему этому следует подтверждение от Бога (стихи 14–16) в том, что Он защитит и спасет верного раба Своего, примет горячую его молитву, что в этот страшный час избавит и прославит его и «долготою дней» насытит его, чтобы жить ему рядом с Богом вечно. Этот боговдохновенный псалом, который почитается «злоотгонительным», звучит как приветствие христианской душе, которая, прожив благочестиво и теперь разлучаясь с телом, возлагает все надежды свои на человеколюбивого и милосердного Небесного Царя.
810
Архимандрит Филофей Фаросский. Православие как выражение культуры в эпоху Григория Паламы. Фессалоники. Т. 661 (Сент. — Окт. 1977). С. 229–230.
812
Свт. Иоанн Златоуст. Похвальная беседа о свв. мцц. Вернике и Просдоке… Ст. 3 // ПСТ. Т. 2. Кн. 2. С. 679; Его же. Беседа на Посл. к Евреям. 4, 5 // ПСТ. Т. 12. С. 46.
815
Псалом 90, 1–16. О толковании этого прекрасного псалма см.: Π. Τρεμπελα. Το Ψαλτηριον μετά συντόμου ερμηνείας.