Божественный Златоуст отвечает на недоумение тех, кто говорит: «Почему тело должно сгнить и разложиться, чтобы произошло его обновление? Это могло бы происходить без разрушения тел; пусть бы они оставались нетронутыми и так подвергались бы преобразованию», — следующим образом: «Если бы не истлевали тела, то, во–первых, овладела бы многими гордость — зло из всех зол самое большее. Если и ныне, когда тело подвержено тлению и преисполнено червей, многие хотели быть почитаемы за богов, то чего бы не было, когда бы тело {стр. 459} пребывало нетленным? Во–вторых, не стали бы верить, что тело взято из земли. Если и теперь, несмотря на то, что, самый конец ясно свидетельствует, некоторые сомневаются в этом, то чего бы не подумали, если бы не видели этого конца? В–третьих, тогда чрезмерно любили бы тела, и большая часть людей сделались бы еще более плотскими и грубыми… В–четвертых, не очень бы привержены были к будущему. В–пятых, те, которые утверждают, что мир вечен, еще более утвердились бы в этой мысли и не стали бы признавать Бога Творцом мира. В–шестых, не были бы уверены ни в достоинстве души, ни в том, как тесно связана душа с телом. В–седьмых, многие лишившиеся своих родственников, оставив города, стали бы жить в гробницах и, подобно безумным, непрестанно стали бы разговаривать со своими умершими. Если и ныне люди, поскольку самого тела удержать не в состоянии (да и невозможно, потому что оно против их воли тлеет и исчезает), рисуя портреты, прилепляются к доскам, то каких нелепостей не вымыслили бы тогда?.. Многие в честь любимых тел воздвигли бы храмы, а занимающиеся волхвованиями постарались бы уверить, что посредством их демоны дают ответы, тем более что и теперь имеющие дерзость заниматься вызыванием мертвых делают много нелепостей. Каких же бесчисленных видов идолопоклонства не произошло бы отсюда? Итак, Бог, отъемля все могущее служить поводом к таким нелепостям и научая нас отрешаться от всего земного, поражает тела тлением пред нашими глазами… Если бы тела не истлевали, то произошел бы великий беспорядок: никто бы из простолюдинов не стал пещись о душе своей, не стали бы принимать учения о бессмертии» [[1015]].
Однако как же воскреснет тело по своем нетлении?
{стр. 460}
Воскресение мертвых тел
Сегодня, разумеется, неверующие не признают воскресения мертвых. То же самое, как мы уже говорили, происходило и в первые века христианства с языческими философами. Во время гонения при Марке Аврелии идолопоклонники сжигали тела христианских мучеников, брошенные на дорогах, развеивали их пепел по течению Роны и с издевкой говорили: «Посмотрим, воскреснут ли они и сможет ли их Бог помочь им» [[1016]]. Но у христиан была твердая вера в воскресение мертвых, сколь бы непонятной она ни казалась человеческому разуму. Ибо как Господь, так и святые Апостолы учили этой истине. Кроме того, «весь христианин и таинства христианина основаны на вере». А истинная вера — это «нелюбопытное согласие» с тем, что нам открыл Бог в Богодухновенных Писаниях. Если же мы пытаемся ревизовать слова и заповеди Божественных Писаний, то «погибаем и ввергаемся в пучину неверия». И если мы позволяем Сатане сеять в наших душах «мысли неверия», то он не замедлит посеять подобные же мысли и о Самом Боге. Поэтому «и слово о воскресении мертвых» давайте примем с верою [[1017]].
Итак, мертвые воскреснут. Этому мы научаемся из следующего.
1. Воскресение мертвых подтверждается трехдневным Воскресением Господа нашего, ибо Он — первенец из умерших (1 Кор. 15, 20). Его светоносное Воскресение — это залог воскресения и наших тел. Это Он прообразовал уже в Ветхом Завете на примере пророка Ионы, которого поглотил кит и через три дня изрыгнул снова живым и невредимым. Также Господь уверил иудеев в Своем Воскресении. Он сказал им: «Разрушьте храм {стр. 461} сей, и Я в три дня воздвигну его», — называя храмом не храм Соломона, но пресвятой храм пренепорочного тела Своего. В этом полностью удостоверились ученики, когда Он уже воскрес из мертвых (Ин. 2, 19–22).
Эта истина составляет центральное учение апостольской проповеди. Она же — источник невыразимой, радости, которую испытывает христианская душа, воспоминая о великом чуде тридневного Воскресения Спасителя. Поэтому она воспевает: «Спасе мой, совоскресил еси всероднаго Адама, воскрес от гроба» [[1018]]. Плод Твоего живоносного Воскресения, Господи, — Всеобщее Воскресение человеческого рода. Оно нам открыло врата рая, закрытые преступлением первозданных.
1015
Свт. Иоанн Златоуст. Толкование на св. Матфея евангелиста. Беседа 34. Ст. 4–5. М. 1993. С. 381–382.
1018
Триодь Цветная. Канон Воскресения, песнь 6, тропарь 2. «Если же не воскресают (тела умерших), то для чего воскрес Христос? Для чего пришел? Для чего принял плоть, если не надлежало воскреснуть плоти? Ему это не было нужно (ибо Он не нуждался в плоти), но (принял ее) ради нас». (Свт. Иоанн Златоуст. На 1–е Посл. к Кор., беседа 39, 2 // PG. 61, 334). Но об этом мы уже говорили подробно III главах «Воплощение Бога Слова» и «Воскресение — Вознесение — Пятидесятница».