И то же самое тело воскресло, «запечатану гробу», как мы поем на воскресной утрени 7 гласа [[1058]]. А в Пасхальное воскресенье мы поем: «Ты воскрес от гроба, Христе, не причинив ни малейшего вреда печатям, которыми запечатали гроб Твой враги» [[1059]]. Воскресший Господь вошел в {стр. 479} дом в Иерусалиме, где собрались Его опасающиеся иудеев ученики, «дверем затворенным» (Ин. 20, 19)! Его пренепорочному телу, уже просветившемуся и сделавшемуся нетленным, не препятствовала плотность материи. Живоносная плоть Господня преодолевала и побеждала пространственные структуры материального мира. И это было предвозвещением прославления и не тления наших собственных тел, когда наступит день их воскресения. В том же самом теле, нетленном и прославленном, Господь явился двум ученикам на пути в некое селение, но в ином образе (Мк. 16, 12), то есть в образе, отличном от того, который Он имел до распятия. Идя по дороге вместе с двумя учениками в Эммаус, Он остается неузнанным ими, а после благословения хлеба становится невидим для них (Лк. 24, 13–31).
Истину о природе воскресшего тела Господня прекрасно разбирает преподобный Никодим Святогорец, основываясь на Священном Писании и творениях отцов. Он пишет, что тело Господне после Воскресения «хотя сделалось бесстрастным и нетленным […], но при этом не преложилось в бестелесность и не потеряло своих естественных свойств: количества, качества, видимости, существовало в трех измерениях, определенное и ограниченное в пространстве. Поэтому преподобный Макарий говорит: «Пресвятое тело Владычне воскресло нетленным, бесстрастным, бессмертным и украшенным Божественной Славой, но будучи телом и имея прежний вид». Преподобный Иоанн Дамаскин добавляет, что Господь, «уверяя Фому, через него уверяет весь мир, что Он Бог и Человек, имея в Себе две природы и после восстания из мертвых и увековечивая ими обеими соответствующие действия и произвольные желания в бесконечные веки».
В течение сорока дней Господь являлся Апостолам, то принимая вместе с ними пищу, то беседуя о Царстве Божием, то есть о наиболее сокровенных его таинствах, как пишет священный Лука: которым и явил Себя жи{стр. 480}вым, по страдании Своем, со многими верными доказательствами, в продолжение сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божием (Деян. 1, 3). Также и священный Феофилакт говорит: «Господь часто являлся ученикам и удалялся». А Григорий Солунский дополняет: «Евангелист не сказал, что Господь в третий раз уже при море Тивериадском пришел к ним, но сказал, что явился (Ин. 21, 1), показывая, что Он был с ними и невидимый чувственно. Он предоставил ученикам видеть Себя потому, что пожелал этого, ибо такова сила бессмертных тел».
Возможно, кто–то задается вопросом: «Зачем Господь ел после Воскресения и каким образом?» Недоумение такого рода разрешает Григорий Солунский: «Это непорочное тело питалось после Воскресения не потому, что оно нуждалось в пище, но чтобы удостоверить Свое Воскресение и показать, что оно, ныне вкушающее с ними, таково же, каким было до страдания. А пищей это тело распорядилось не по природе смертных тел, но Божественной энергией, можно сказать, как огонь, истребляющий воск, с той разницей, что огонь для своего существования нуждается в горючем материале, тогда как бессмертные тела для своего существования не имеют нужды в пище». И священный Феофилакт говорит соответственно: «Нужно мыслить Господне тело после Воскресения духовным, тонким и совершенно невесомым, не нуждающимся ни в пище, ни в чем–либо другом, а если оно и ело для достоверности, то ело не по природе, а по усмотрению, чтобы показать, что воскресло то же самое тело, которое страдало. И, конечно, совершенно естественным было для этого тела войти при закрытых дверях (Ин. 20, 19) и без труда перемещаться из одного места в другое». И далее: «Тело Господне (после Воскресения) не было Духом, но было духовным, то есть лишенным всякой тяжести и руководимым Духом» [[1060]].
{стр. 481}
Святитель Епифаний Кипрский обобщает все эти мы сли следующим образом. Христос воскрес, «поистине, к нему прикоснулся Фома, Он ел и пил с Апостолами и был с ними сорок дней и сорок ночей. Но когда Он вошел при закрытых дверях, то, войдя, показал жилы, кости, следы гвоздей и место прободения, то есть что это было настоящее тело. Вознесшись же на небо, Он сел одесную Бога (Рим. 8, 34), не оставив тела, которое «Он соединил как духовное и совершенное с единым Божеством». Подобным же образом и наши тела, сеющиеся ныне «душевно», должны воскреснуть «духовно», сеющиеся «в тлении» и «в смерти», должны воскреснуть «в нетлении» и «в бессмертии» [[1061]].
1058
Октоих. Глас 7–й. Β воскресенье на утрени, после 2–го стихословия, седален 1: «Запечатану гробу, живот от гроба возсиял еси Христе Боже: и дверем заключенным, учеником предстал еси всех Воскресение, дух правый теми обновляя нам, по велицей Твоей милости».
1059
Триодь Цветная. Воскресение Господне (Пасха). Канон, песнь 6, тропарь 1: «Сохранив цела знамения, Христе, воскресл еси от гроба, ключи Девы невредивый в Рождестве Твоем, и отверзл еси нам райския двери».