А что это такое? Какое это может иметь отношение к маме?
Ида поняла, что ей надо как следует подумать. Она должна отдышаться и все спокойно проанализировать.
И тут она услышала какой-то звук.
Что это?
Звук повторился.
Совершенно невероятно, но это был голос. Кто-то говорил. Трескучий голос где-то в машине:
— СМ2ВУР от СМ6НХП, прием! Сигурд Мартин два Вильгельм Улоф Рудольф от Сигурд Мартин шесть Никлас Хельге Петер, прием!
Что это такое?
Она огляделась и начала рыться в сумках.
И вскоре поняла.
Картонная коробка.
Голос шел из радиопередатчика. Ида вытащила его из сумки и сделала звук громче. Призыв повторился, и раздался ее голос — Марины! Даа!
Ида быстро осмотрела все ручки регулятора, пока не нашла маленькую красную кнопку, где было написано SEND[19].
— Марина, это ты?
— Это СМ6НХП, который весь день ездил по 13-й линии метро. Полагаю, что говорю с СМ2ВУР, прием.
Ида не узнала код, но поняла, что это мера предосторожности.
Дааа, у Марины все получилось!
— Следуй моим инструкциям, чтобы перейти к радиошифровке. Прием.
— Понятно. Прием.
Последовал ряд крайне точных инструкций. Ида набрала несколько кодов на кнопочной панели и повернула регулятор. Затем наступила тишина, а потом опять затрещало, но теперь на дисплее появился текст.
«Ночую в надежном месте у друзей, до которых никто не доберется. Все прошло хорошо. Как у тебя? Прием».
Ида написала ответ.
«Еду на север. Мне надо на время уйти в подполье и разобраться с бабушкой. Прием».
На дисплее возник ответ.
«СМ3ФФС под моим нажимом связался со мной насчет тебя. Вас соединить? Прием».
«СМ3ФФС — кто это? Я же не знаю никого, кто…»
«Да. Именно».
«Значит, Лассе и Марина общались? Насчет меня?»
«Ответ да. Соедини нас! Прием».
«Понятно. Подожди несколько минут. Если что, сама меня вызовешь. Зеленая кнопка. Конец связи».
Машина опять наполнилась шумом.
Лассе. Да если бы я только могла с ним связаться! Он наверняка знает больше обо всем.
Она немного посидела в машине, глядя прямо в темноту. Хотелось в туалет, но прошло почти две минуты, а радио молчало. Не пора ли вызвать Марину? Как там надо делать?
И тут что-то загудело. Она сделала тише. На линии зашелестело, и раздался мужской голос:
— СМ3ФФС вызывает СМ6НХП. Прием.
Это он, Лассе! Все работает!
Что мне сказать, чтобы он понял, что это я?
— Это И… как ирис. Прием!
Короткая пауза.
— Ты где? Прием.
— По направлению к… — она не могла вспомнить, что должна была сказать, и закончила: — Прием.
— Назови местоположение. Прием.
— Примерно в сотне минут от…
Что мне сказать, чтобы не выдать себя? Я ведь не могу назвать Эстерсунд?
— Прием?
— Мне осталось сто минут, — выдавила она из себя. — Прием.
— Сто минут от Хёгборгена? Прием.
— Именно. Хёгборген. Прием.
— Я тебя там встречу. Конец связи.
— Конец связи.
Она вздохнула, улыбнулась и выключила радио.
Лассе, на него всегда можно положиться.
Я не одна.
Все сработало. До чего же здорово Марина все придумала!
Сколько там осталось до Эстерсунда? Каких-то сто двадцать километров?
Ида вышла из машины и подошла к ближайшим соснам, на ходу стягивая джинсы и спуская трусы. Пока между ногами у нее шел пар, она думала о том, как тихо под кронами деревьев. Было только слышно, как тонкая струя мочи льется на снег. Она достала бумажную салфетку из вечерней сумочки и вытерлась.
Но тут раздался посторонний звук.
Что это? Она повернула голову и посмотрела на машину.
У левой передней шины стояло два зверя.
Два волка!
А у бампера — еще один! Все неподвижно смотрели на нее, выдыхая сквозь челюсти.
Несколько секунд она сидела совершенно неподвижно, а в голове роились мысли.
Волки? Что делать? После всего, что случилось, еще и это?..
Она подавила в себе крик. Из горла вырвалось только короткое испуганное клокотанье.
Волки пристально смотрели на нее глазами с желтоватым отливом. Крайне осторожно она взяла трусы за кантик и стала медленно натягивать их на бедра, одновременно вставая на ноги. Звери не двигались, а только наблюдали за ней. Как далеко до передней двери?
Нет, нет ни единого шанса, что я успею.