Черный чемоданчик вынесли из отделений тайных вкладов, находящихся в охраняемом помещении, и доверили человеку вне подозрений или соблазнов — пожилому господину, проходившему вдоль столов к кабинету д’Амакура.
Секретарша встала, поздоровалась с высокопоставленным служащим и проводила его в кабинет д’Амакура. Затем вышла и закрыла за собой дверь.
Мари посмотрела на свои часы. Ей нужно было еще одно небольшое подтверждение, и она его вскоре получит, если сможет войти и рассмотреть стол секретарши. Если это получится, то все произойдет очень быстро, в несколько мгновений.
Она направилась к дверям, открыв сумочку и простодушно улыбнувшись служащей в приемной, которая разговаривала по телефону. Одними губами прошептала опешившей служащей имя д’Амакура и распахнула дверь. Быстро вошла — решительный, хоть и не слишком сообразительный клиент банка Валуа.
— Pardon, madame,[43] — служащая держала руку на телефоне, — чем могу служить?
Мари вновь прошептала то же имя — теперь как вежливый клиент, опоздавший на деловую встречу и не желающий обременять занятого человека:
— К мсье д’Амакуру, пожалуйста. Боюсь, я опоздала. Я только переговорю с его секретаршей.
Не замедляя шага, она приблизилась к столу секретарши.
— Мадам, будьте добры, — попыталась остановить ее служащая, — я должна предупредить…
Ее слова заглушил стук электрических пишущих машинок и гул голосов. Мари подошла к сердитой с виду секретарше, которая посмотрела на нее с таким же недоумением, что и служащая в приемной:
— Слушаю. Чем могу служить?
— Пожалуйста, к мсье д’Амакуру.
— Боюсь, он на совещании, мадам. У вас назначена встреча?
— О да, разумеется, — ответила Мари, снова открывая сумочку.
Секретарша заглянула в отпечатанное расписание на столе.
— Боюсь, у меня на это время никто не записан.
— О Господи, — воскликнула смутившаяся клиентка банка Валуа, — я вижу. Это завтра, а не сегодня. О, простите!
Она повернулась и заторопилась к выходу. Она увидела то, что хотела увидеть, — последнее подтверждение. Единственная кнопка горела на телефоне д’Амакура.
Он звонил в город, минуя секретаршу. Счет, принадлежащий Джейсону Борну, сопровождался особыми конфиденциальными инструкциями, которые хранились в тайне от держателя счета.
В тени навеса Борн посмотрел на часы, было два часа сорок девять минут. Мари, должно быть, вернулась к телефону-автомату в банке, ведя наблюдение изнутри. Через несколько минут они будут знать ответ. Возможно, она его уже знает.
Он прошел к левому краю витрины, продолжая наблюдать за входом в банк. Какой-то продавец улыбнулся ему через стекло и тем напомнил, что не следует привлекать к себе внимание. Борн вынул пачку сигарет, закурил и снова взглянул на часы. Без восьми три.
И тут он увидел их. Его. Трое хорошо одетых мужчин быстро шли по улице Мадлен, о чем-то разговаривая, хотя глаза у всех были устремлены вперед. Обходя медлительных пешеходов, они извинялись с вежливостью, не вполне парижской. Джейсон вгляделся в того, что шел посередине. Это был он. Человек по имени Йоханн.
Посигналь Йоханну, чтобы шел в дом. Мы за ними вернемся.
Эти слова сказал на Штепдекштрассе высокий сухопарый мужчина в очках с золоченой оправой. Йоханн. Они прислали его сюда из Цюриха, он видел Джейсона Борна. И это кое о чем говорило: у них не было фотографии.
Троица подошла к входу. Йоханн и человек, что был справа от него, вошли в здание, третий остался у дверей… Борн поспешил к телефонной будке. Выждав четыре минуты, он в последний раз позвонит Антуану д’Амакуру.
Он бросил сигарету около будки, придавил ее ногой и открыл дверь.
— Monsieur, — послышалось снаружи.
Джейсон быстро обернулся затаив дыхание. Невзрачный человек со щетинистой бородкой указывал ему на будку:
— Le téléphone — il ne marche pas. Regardez la corde.[44]
— Merci bien. Je vais essayer quand même.[45]
Человек пожал плечами и отошел. Борн вошел внутрь. Четыре минуты прошли. Он вынул из кармана монеты — на два звонка хватит — и набрал первый номер.
— Банк Валуа слушает. Добрый день.
Спустя десять секунд д’Амакур был у аппарата, в его голосе звучало напряжение.
— Это вы, мсье Борн? Кажется, вы сказали, что идете к нам.
— Планы изменились, к сожалению. Я позвоню вам завтра.
Вдруг Джейсон увидел через стекло будки, как через улицу на площадку перед банком завернул автомобиль. Третий мужчина, тот, что стоял у входа, кивнул водителю.
— …могу быть полезен? — спрашивал д’Амакур.