Тесс прочистила горло и сжала кулаки, будто на занятии по бодикомбату[13]. Будь на ней бюстгальтер, изобразить агрессивность удалось бы легче.
– Тесс, – окликнул ее мужчина. – Да это же я, Коннор Уитби.
Глава 16
Рейчел проснулась, не успев поймать привидевшийся сон. Вспоминалась только паника. Это имело какое-то отношение к воде, и Джейни была еще совсем малышкой. Или это был Джейкоб?
Она села в кровати и посмотрела на часы. Полвторого ночи. Дом пропах тошнотворной ванилью.
После коктейлей с вечеринки во рту было сухо. Казалось, с тех пор прошли годы, а не часы. Она выбралась из постели. Никакого смысла пытаться снова заснуть. Она не сомкнет глаз, пока бледный свет зари не прокрадется в дом.
Несколько мгновений спустя она уже установила гладильную доску и стала переключать телевизионные каналы с дистанционного пульта. Ничего стоящего не показывали.
Тогда она направилась к шкафчику под телевизором, где хранила видеокассеты. Старенький магнитофон все еще был подключен, позволяя смотреть ее коллекцию фильмов.
– Мам, все эти твои фильмы уже есть на DVD, – то и дело обеспокоенно повторял Роб, как будто видеомагнитофоны вдруг оказались вне закона.
Она провела пальцем по торцам кассет, но решила, что не в настроении смотреть на Грейс Келли, Одри Хепберн или даже Кэри Гранта.
Рейчел принялась бесцельно вытаскивать кассеты и наткнулась на чистый футляр, покрытый надписями от руки: ее, Эда, Джейни и Роба. Они вычеркивали заголовки, когда записывали что-то новое поверх прошлой передачи. Нынешние дети, вероятно, сочли бы эту кассету реликтом: сейчас ведь все нужное просто скачивают из Интернета. Она собралась уже отбросить кассету, но взгляд зацепился за названия сериалов, которые они смотрели в восьмидесятых годах: «Семья Салливан», «Сельская практика», «Сыновья и дочери». Похоже, Джейни последняя пользовалась этой кассетой: слова «Сыновья и дочери» были выведены ее небрежным, неразборчивым почерком.
Забавно. Именно благодаря «Сыновьям и дочерям» Рейчел победила во вчерашней викторине. Вспомнилось, как Джейни когда-то лежала на полу в гостиной, зачарованная дурацким сериалом, и подпевала слащавой музыкальной теме. Как там было? Рейчел почти услышала эту мелодию у себя в голове.
Повинуясь порыву, она вставила кассету в магнитофон и нажала кнопку воспроизведения.
Она присела на корточки и просмотрела конец ролика про маргарин, с этим курьезным, устаревшим видом и звуком старых телереклам. Затем начались «Сыновья и дочери». Рейчел мысленно подпела заставке, с удивлением обнаружив, что может извлечь из глубин памяти все слова. Там обнаружилась Крыса Пат, моложе и привлекательнее, чем запомнилось Рейчел. Вот в кадре появилось измученное лицо исполнителя главной мужской роли и сурово нахмурилось. Этот актер все еще мелькал в телевизоре, блистая в каком-то сериале про полицейских-спасателей. Все продолжали жить своей жизнью, даже звезды «Сыновей и дочерей». Только бедная Джейни навеки застряла в 1984 году.
Рейчел уже собиралась извлечь кассету, как вдруг услышала голос Джейни:
– Ну что, работает?
Сердце Рейчел замерло, рука застыла в воздухе.
А потом экран заполнило лицо Джейни: она весело и дерзко глядела прямо в камеру. Ее глаза были подведены зеленым, и она использовала слишком много туши. На носу сбоку виднелся небольшой прыщик. Рейчел казалось, она отлично помнит лицо дочери, но она забыла то, о чем даже не подозревала, что забыла, – вроде точного вида зубов или носа Джейни. Ни в зубах, ни в носу Джейни не было ничего особенно примечательного, не считая того, что они принадлежали Джейни, и Рейчел снова их видела. Левый глазной зуб был самую малость скошен внутрь. Нос казался чуть-чуть длинноватым. Несмотря на это – а может, и благодаря этому, – она была красива, красивее даже, чем помнилось Рейчел.
У них дома никогда не было видеокамеры. Эд считал, что на эту ерунду не стоит тратить деньги. Единственная запись дочери, которая у них сохранилась, была сделана на свадьбе друзей, где Джейни была «девочкой с букетом».
– Джейни, – выдохнула Рейчел и прижала ладонь к экрану телевизора.
13