Выбрать главу

В тридцатые годы мания перезахоронения останков великих людей стала частью советского государственного плана монументальной пропаганды. По сути кампания напоминала коллективизацию сельского хозяйства, заимствованную из сюжета "Мертвых душ". Вместо того, чтобы привести в порядок кладбища, многие из них разорили, а Новодевичье, которому повезло, расширили и сделали показным.

"Я бы хотел, -- писал Гоголь в завещании, -- чтобы тело мое было погребено если не в церкви, то в ограде церковной, и чтобы панихиды по мне не прекращались". Наплевав на это, останки Гоголя изъяли из Свято-Даниловского монастыря на Новодевичье кладбище и поставили ему памятник с надписью "От правительства Советского Союза". С других московских кладбищ перевезли кости Аксакова и Чехова. Потом сюда переехали живописцы Серов и Левитан, Ермолова и другие известные художники и актеры, похороненные, с точки зрения новой власти, не там, где надо, и были положены рядом с героями, вроде мифологизированной Зои Космодемьянской. Мать Зои, здравствовавшая тогда, была моей соседкой. Несчастную женщину превратили в истеричку, многие годы повторявшую без конца с трибун официальную версию о том, как фашисты повесили ее героическую дочь, а затем выкрикивавшую здравницу в честь тех, кого надо было восхвалять в тот момент.

Походя уничтожая могилы идеологических противников, перетаскивали останки по рангам. Мозг Маяковского, о чем газеты писали с гордостью, был изъят для изучения. Видел я его в банке с формалином в институте Мозга, и кажется, он по сей день там хранится. Урна с прахом Маяковского, до 1952 года находившаяся в Донском крематории, перевезена и захоронена на Новодевичьем. Перезахоронили и Михаила Булгакова. А вот Есенина оставили на Ваганьковском, ибо сочинял неположенное, выпивал и хулиганил.

В 1964 году советские агенты похитили останки известного латышского дирижера Т.Рейтерса, умершего в 1956 году и похороненного вблизи Стокгольма. Рейтерс эмигрировал, а на Лубянке решили превратить покойного эмигранта в советского музыканта. И шведские власти проморгали эту операцию. В разных странах шла методическая обработка советскими дипломатами родственников выдающихся деятелей эмиграции. В 66-м удалось выкопать в Англии и захоронить на Новодевичьем останки поэта Николая Огарева, с таким трудом выбравшегося за границу. Потом сдались родственники Шаляпина и, как писала советская газета, "муниципалитет Парижа оказал содействие в переносе останков Ф.И.Шаляпина с парижского кладбища Батиньоль в СССР".

Помню, какой-то советский посол во Франции в своих мемуарах рассказывал, сколько сил истратили на обработку наследников Герцена, а те, несознательные, ни в какую. В 1970 году отмечалось столетие со дня смерти писателя, и так хотелось, чтобы великий эмигрант вернулся к своему юбилею на родину, де факто признал ненужность Тамиздата и компенсировал массовую утечку умов. Но Герцен остался в Ницце.

Наверно, у эмигрантов, посещающих могилы в России, есть свое мнение о переносе прахов, особенно из одной страны в другую, и я буду признателен за комментарии. Повторю только народную мудрость: "Мертвых с погосту не носят".

Новодевичье я хорошо знаю с детства, учился рядом в школе, несколько моих друзей жило в монастыре. Многие имена из русского культурного наследия попали ко мне в память через кладбищенские надписи. Из монастыря был свободный вход на новое кладбище, архитектурным центром которого стала с 32-го могила жены Сталина Надежды Аллилуевой, и ей подбирали достойное окружение.

В октябре 1960 года, по официальной версии, прах Хлебникова был перевезен в Москву и опущен в могилу на Новодевичьем кладбище. Там состоялся "траурный митинг", на котором выступили несколько человек, включая поэта Бориса Слуцкого и профессора Николая Степанова. В речи Слуцкого можно различить две типично советские причины, по которым Хлебникова решено было похоронить второй раз: во-первых, его "выско ценил Маяковский" и, во-вторых, "Хлебников горячо принял революцию и всю жизнь был верен ее традициям ".

Могилу Хлебникова видел я не раз. В ней, согласно надписи, вместе с ним захоронены также его мать Екатерина Хлебникова, сестра Вера и муж Веры Петр Митурич.

А теперь вернемся на погост Ручьи к бывшей могиле Хлебникова. Оказывается, она вовсе не бывшая, а самая настоящая, и время сказать, наконец, правду. Местные жители свидетельствуют, что приехавшие за прахом на погост Ручьи вскрыли не могилу Хлебникова, а соседнюю, безымянную. Да и ту копали, хотя могила мелкая, кое-как, спешили, нервничали, боялись протеста местных жителей, что-то покидали в ящик и уехали. Не исключено, что местные специально их обманули, чтобы приезжие не тормошили в могиле гостя, который здесь страдальцем помер.

Баба Саша -- Александра Ивановна Сродникова -- зорко бдила, чтобы хлебниковскую могилу никто не трогал. Она нам твердо заявила:

-- Около рыли, но я являлась на могилу всякий день и видела, что могила цела-целехонька.

-- Может, ночью тайно разрывали?

-- Нет, я ночью чутко сплю, никто мимо дома не ходил, по кладбищу не шастали... Что-то разрыли, нашли пуговицу и кость, горсть земли взяли, и это положили под плиту на Новодевичьем в Москве.

То же свидетельствовала до этого Степанова, однофамилица известного литературоведа:

-- Рыли не на месте могилы, настоящая могила рядом, цела, не тронута, Бог уберег.

Некоторое время спустя я получил от краеведа П.И.Гурчонка письмо, которое необходимо процитировать полностью: "Уважаемый Юрий Ильич! Не сообщал интересующие Вас сведения о могиле В.Хлебникова по той причине, что до сих пор не можем смонтировать магнитофонные записи бесед с долгожительницей Е.Л.Степановой, произведенные у нее на квартире и непосредственно на могиле поэта.

В этих записях она категорически отвергает версию о вскрытии могилы Хлебникова и перезахоронении его в Москве. Могила, по ее словам, нерушима, произошла ошибка по незнанию алчного человека. Когда пленка будет у нас в музее, я смогу ставить вопрос перед Райисполкомом о приведении могилы в порядок, достойный памяти поэта.

За это время у меня была встреча с Василием Петровичем Митуричем, сыном Петра Митурича (ребенком от первого брака; он жил с матерью в деревне, когда умер Хлебников. -- Ю.Д.), который также придерживается убеждения в правдивости слов долгожительницы... Выходит, что перезахоронение Велимира Хлебникова на Новодевичьем кладбище в Москве было чисто символическим".

Письмо это важно как документальное свидетельство. В нем все понятно, кроме "алчного человека". Кто и почему алчный? Думаю -- тут до сих пор не заржавевший конфликт семейный -- сперва меж двумя женами, а потом и между детьми от двух жен, и конфликт этот, как и прах поэта, не надо ворошить.