— Привет. А я тебя ждал. Меня зовут Тиннарий.
Артуру, конечно, было приятно, что его кто-то ждет в этом незнакомом месте, однако он решительно не понимал, с какой целью.
— Эм… Привет. Я Артур, — ответил он.
— Я все про тебя знаю, — похвастался незнакомец, горделиво выпятив вперед свой длинный чубчик. — Подслушал разговор нашей директрисы.
— Директрисы? И что именно ты знаешь? — совсем растерялся Артур.
— Ты будешь учиться в Троссард-Холле. Тебя решили взять без вступительных экзаменов, и знаешь, почему? Ты сам летал на единороге! Вы были с ним одним целым! Мы это называем Кадоросамой. И ты думал, как он! Мы все стремимся к этому, но у тебя получается непревзойденно. И не только это. Ты смог уцелеть в настоящей воздушной битве! Ты молодец!
— Гм… — смущенно пробормотал Артур. Будучи от природы скромным, он был напрочь лишен тщеславия и высокомерия, а бурные похвальбы в его адрес доставляли ему лишь одни неудобства. Тем более, что полет на единороге — заслуга вовсе не его, а самого единорога. И мальчик, конечно, не удержался бы на его спине и полетел вниз, вслед за тем, другим всадником, если бы Баклажанчик сам не захотел удержать Артура на своей спине.
— Ничего такого не было. Этой кадо…самы. Я никогда раньше не летал, и едва удержался, чтобы не свалиться со спины единорога.
Но парня было не так-то легко разубедить.
— Нет, нет. Поверь, я знаю, о чем говорю. Я все знаю про всадников, даже их картинки собираю. В моем гнездиме все ими завешано, — зачем-то похвастался Тиннарий, и Артур улыбнулся — так забавно и нелепо выглядел его поклонник.
— Гнездиме? Что это? — задал мальчик первый пришедший в голову вопрос, который почему-то необычайно рассмешил незнакомца.
— Ну ты даешь! Ты так шутишь, да? Ты что же, на голой ветке, что ли, спишь?
Артуру вдруг начало казаться, что его собеседник немного, как говорится, «ку-ку». Ведь они сейчас в больнице, может, Тиннарий — один из пациентов? Говорит про какие-то голые ветки, кадоросамы, гнездимы. Артур уже хотел было потихоньку ретироваться, когда в зале вдруг раздались чьи-то шаги.
Вошедшая дама была очень высокой, если не сказать даже слишком длинной; с худощавым острым лицом и сильно выдающимся вперед подбородком, который, казалось, везде поспевал куда быстрее своей хозяйки. Плечи женщины были уютно укутаны белой шалью, сухая подтянутая фигурка облачена в длинное платье в пол. Строгая и важная, с тонкими, почти незаметными губами, она строго посмотрела на мальчиков и нахмурила брови.
— Как всегда уже осведомлены, господин Тиннарий? — с иронией спросила она.
— Так точно! — по-военному отчеканил юноша и задорно подмигнул.
— А ну-ка брысь отсюда, вы еще наговоритесь до начала учебы! А мне нужно все объяснить нашему гостю, — безапелляционно заявила женщина, и Тиннария как ветром сдуло.
Артур остался наедине с таинственной дамой. Ее вызывающе-красные очки обратились в сторону мальчика, и ему почему-то сразу стало неловко. Это чувство усилилось, когда незнакомка обратилась к нему высоким голосом:
— Добро пожаловать, мой друг. Меня зовут Дейра Миноуг. Я являюсь директором лучшей, без преувеличения, школы Королевства, которая называется Троссард-Холл. Чрезвычайно рада видеть вас в нашем заведении. Итак, laboremius[1]! Вас ждет великое будущее!
Женщина говорила на нескольких языках сразу, отчего Артур не все понимал, однако основная суть ее высказывания была, в принципе, ясна. Мальчику, волею судьбы занесенному в это необычное место, предлагается учиться в школе наравне с остальными без сдачи вступительных экзаменов. Такое решение директор школы приняла именно потому, что в Троссард-Холле основной специализацией была «единология», и мальчик, в таком раннем возрасте освоивший азы полетов, не мог быть не принят вместе с другими.
После небольшой вступительной речи женщина увлекла Артура за собой; они петляли между розоватых мраморных колонн, покуда наконец не свернули в такой узенький и низкий коридор, что высокой даме пришлось согнуться в три погибели, чтобы ее прическа ненароком не зацепила потолок. Стало прохладно, почти холодно; мрак от черных стен вызывал какое-то гнетущее чувство; казалось, пол и потолок сомкнутся сродни пасти дикого зверя и похоронят своих случайных гостей навсегда. Сверху на них смотрели страшные изображения неведомых Артуру зверей — они ухмылялись и показывали длинные толстые языки.
Экстравагантная директор вместе с юношей спускались куда-то и поднимались, и не было конца всем этим змеистым переходам, пока, наконец, петляющий коридор не привел их к комнате, наглухо закрытой массивной дверью. Дейра Миноуг ловко взмахнула ключами и одним мановением открыла эту дверь, кажущуюся со стороны такой тяжелой.