После смерти Владимира Мономаха междоусобицы удельных князей усилились, и в столетний период, накануне Батыева нашествия (1240 г.), на киевском престоле побывало более 40 князей! Безусловно, что в те тяжелые для Киевской Руси времена Змиевые валы, расположенные вдали от основных княжеских центров (Переяслав-Русский, Киев, Чернигов, Новгород-Северский, Путивль, Курск), не могли строиться, так как ослабленная бесконечными междоусобицами и половецкими набегами Русь не располагала достаточными ресурсами для такого огромного строительства.
Первостроителей Змиевых валов необходимо искать в более глубоких пластах древнерусской истории. Даже само название «Змиевые валы» призывает нас к этому. И хотя тема «змееборства» — одна из самых древних и распространенных тем мирового фольклора (вспомним индийские Веды, египетский миф о борьбе Гора с Сэтом, Зигфрида в древнегерманском эпосе и др.), на юге России она обретает очертания конкретных событий, некогда здесь происходивших.
Многовековая борьба наших предков с царскими скифами, кочевым ираноязычным народом, отпечаталась в полусказочном сюжете, приведенном Геродотом в четвертой книге его «Истории». Царские скифы, вернувшись в Мидию из многолетнего похода, воюют со «своими рабами» («своими рабами» они считали все окружающие их племена и только делили их на уже завоеванных и еще не завоеванных), которые «оградили свою землю, выкопав широкий ров от Таврийских гор до самой широкой части Меотийского озера».
И неспроста для наших предков во все последующие времена образ страшного Змия олицетворял собой не менее страшного завоевателя.
Изображение змеи отражало древнейший культ предков — родоначальников скифов. Змееногая богиня, «полуженщина-полузмея» — мать Скифа, родоначальника скифского племени, часто изображалась на щитах, колчанах и доспехах скифских воинов и их коней. Арриан, выдающийся греческий писатель, историк и географ, живший в начале II века н. э., писал, что военные эмблемы скифов представляли собой чучела змей и драконов, изготовленных из различных цветных лоскутов и насаженных на высокие шесты. При движении эти чучела надувались ветром и извивались как живые существа, издавая при этом резкий свист.
Для земледельческих племен народ со «звериным стилем» украшений (драконами, грифонами, змеями и змеевидными богинями) был змеиным народом и образно изображался Змием, требующим дани и жертв.
Для защиты от агрессивных соседей пришлось сооружать огромные многокилометровые валы. При этом валы были не только оборонительными сооружениями, но и условной границей своих земель и земель народа-Змия, что, очевидно, и послужило причиной их названия — Змиевые валы.
Помнил о тех временах и город Змиев [10], более тысячи лет сохранявший свое название.
Дьяки Разрядного приказа Лихачев и Данилов, составлявшие описание карты Большого Чертежа, первого географического справочника России, увидевшего свет в 1627 году, упоминали город Змиев.
Еще раньше Змиев упоминался в царском указе 1571 года, где намечался путь сторожевых разъездов от Путивля до Можа и вниз до Змиева кургана и городища.
В начале VIII века н. э. на месте Змиева была белокаменная крепость, входившая в систему белокаменных крепостей верховьев Северского Донца (Салтовская крепость, Чугуевская, Мохначская и др.).
Все эти крепости были построены создателями салтовской культуры на месте древних городищ, обнесенных валами и рвами. С. А. Плетнева называет эти городища скифскими [11]. Но были ли эти городища и валы скифскими или защищали от скифов, смогут ответить только будущие тщательные исследования, в том числе и всесторонние исследования пока еще сохранившихся валов.
«от злодеяний демидовских»
В. Дебердеев
Два часа езды на поезде из Свердловска на север, и мы в Невьянске, в прошлом вотчине известных заводчиков Демидовых. С перрона вам хорошо будет видна высокая стройная башня — оригинальными архитектурными уступами-ярусами поднимается она к небу. И сразу же бросается в глаза, что сооружение заметно наклонено. Это Невьянская башня.