Впрочем, если ВГ и помогает злодеям, то он-же (или иной, «гуманный ВГ»?) помогает и в делах исключительно благородных:
Летом 1952 года во время геологической экспедиции в районе Енисея произошла весьма странная история с будущим известным кинорежиссером Андреем ТАРКОВСКИМ. Как рассказывал позже В.Куриленко, однажды, когда Тарковский заночевал в сторожке, ему трижды послышался странный голос: «Уходи отсюда!» и хотя он поначалу не придал предупреждению никакого внимания, после третьего раза решил не искушать судьбу. Тарковский оседлал лошадь и едва отъехал сотню метров от избушки, когда порывом ветра на нее свалило огромную сосну. Гибель под разъехавшимися бревнами была бы почти неминуемой…
В 1970-80-х годах известная предсказательница Ванга, пытаясь объяснить надоедливым любопытным людям причину своей прозорливости, говорила примерно так: «Слышу… это какой-то голос…». Дальше объяснения обычно не шли, а тайна Ванги так и осталась с ней…
В начале 1990-х годов москвичке В.Левиной некий внутренний голос многократно советовал, как избежать приближающиеся беды… Спустя короткое время я допытывался у нее — как конкретно она «слышит», но… вновь объяснения так и не услышал. Ну не может «слышащий» объяснить «глухому» — что такое «слух».
Если говорить о природе ВГ, то вот какое объяснение явлению дает доктор Симон: «Что касается до голоса, передававшего Сократу его интуитивные суждения, то это явление будет вполне понятно, если мы вспомним, как часто наши мысли не только высказываются нами вполголоса, но и слышатся нам. По-видимому, возбуждение нервных элементов, вызывающих в нашем сознании символические образы, из соединения которых образуется мысль и суждение, распространяется двояким путем, давая, с одной стороны, толчок деятельности голосовых мышц, с другой стороны, вызывая в области слуха состояние, близкое к галлюцинации. Факт этот особенно резко бросается в глаза, когда мы читаем произведение знакомого лица. Во время чтения произнося про себя слова книги, слышишь в то же время звук, тембр голоса автора тем явственнее, чем более знаком нам его голос. Усильте немного этот резонанс мысли — перед вами будет галлюцинация вроде той, в какой являлись Сократу мудрые суждения, приписанные им голосу гения». [2]78…
Упомянутые Сократ, Труэн, Ванга и многие другие выжившие в трудной ситуации люди как будто бы знали опасное для них самих время и обстоятельства опасных событий, которые вроде бы должны были произойти. Точнее — это знал тот неведомый «голос», что был на связи с ними. Но откуда знал о событиях Будущего сам «голос»? Сказать, что он вещал из Будущего Времени — значит ничего не сказать, ибо для эрудированных голосов столь же прозрачными являлись и события Прошлого, которые они могли раскрыть перед людьми. Правильнее сказать, что ВГ были как бы вообще вне Времени.
Сравнить их действия можно разве что с полтергейстом, там тоже невидимые сущности (есть такая разновидность этого явления — звуковой полтергейст) иногда точно также предупреждают окружающих людей о грядущих событиях, угрожают им этими событиями или наоборот — предостерегают. Но несмотря на то, что есть полтергейсты «добрые» (предостерегающие), все их скопом люди также считают дьявольским проявлением и всячески с ними борятся по мере возможностей (или просто пытаются избежать их). Почти точная аналогия с ВГ! С той только разницей, что звуковые полтергейсты слышат (иногда и видят) все (или почти все) окружающие, а с ВГ остается наедине только его собственный «владелец» (счастливец или жертва — иногда и так, и так)… Заметим также, что «негуманный голос» (или ВГ у Сократа) лишь удерживал своих владельцев от действий нежелательных, а владельцам «гуманных ВГ» сообщалась достаточно полная картина будущего, давался больший объем информации, что сходно с высказыванием Ванги о голосе…
Впрочем, ни владельцы гуманных ВГ, ни обладатели негуманных ВГ, ни ученые, никто, так никогда и не объяснил «глухим» природу и источник внутреннего голоса.
Предчувствие смерти: НЕ ПРОПУСТИТЬ БЫ ТРЕТИЙ ЗВОНОК
«Только со смертью догмы начинается наука».
Было это летом 1990 года (возможно, память меня подводит, и произошло это годом позже в 1991) в Рязанском десантном училище. Руководство ждало приезда именитых гостей и, как всегда в таких случаях, собиралось поразить их невиданным для обычного недесантного человека зрелищем.
Никто специально не готовился, здешние бойцы все, как один, в любой момент готовы хоть в бой, хоть на парад. Лишь одному из них, прапорщику по званию, командование и коллеги-сослуживцы из ЦСПК советовали в день показательных прыжков остаться в стороне. Не потому, что прапорщик был хуже других, наоборот, он был, как говорили тогда, «отличником боевой и политической». Но накануне у него не раскрылся парашют, и прапорщик лишь в последний момент сумел спастись на запасном. Вообще-то подобное приключение считается чрезвычайным происшествием и требует долгого расследования причин отказа. Не каждый после этого сразу может унять дрожь в коленках, но прапорщик не был трусом и тут-же уверено направился на повторный прыжок (уже с другим парашютом, разумеется). Прыгнул, и… новый парашют тоже не раскрылся, вновь едва-едва хватило запаса высоты для запасного! Десантники, так же как и летчики, люди суеверные — все в один голос стали советовать прапорщику сделать передышку, дабы не испытывать судьбу — ведь третьего раза может и не быть…
А назавтра как раз и должны были быть показательные выступления перед гостями. Небо пестрело от парашютов. Наконец взлетел Ан-2, в котором сидел прапорщик, не внявший советам друзей и командиров. Из самолета выпрыгнула десятка парашютистов, последним уже на малой высоте выпрыгнул прапорщик и… зацепился за самолет! На самом деле, как и было задумано, он был привязан фалом к Ан-2 и полетел вслед за ним «на прицепе». Гости оцепенели от ужаса, они-то думали, что с человеком произошло несчастье! Но Ан-2 спустился пониже и на бреющем пролетел перед самой трибуной. Зрители увидели, что «пострадавший» улыбается и даже отдает гостям рукой честь по уставу. Все, кто не был знаком с подобным десантным «фирменным» трюком, вздохнули с облегчением, им объяснили, что самолет сейчас вновь наберет высоту и воин, освободившись от фала, спустится на землю обычным образом… Того, что произошло дальше, гости уже не видели, а многие из них об этом так никогда и не узнали… Самолет пролетел на низкой высоте мимо всех зрителей и уже начал набирать высоту, тут-то ему и попалась на пути так нелюбимая летчиками воздушная яма. Пилоты были опытными и не дали «Аннушке» просесть слишком низко, настолько, чтобы летящий живой «прицеп» коснулся земли. Но, как на грех, рядом оказался столб, единственный на краю поля. Летчики почувствовали удар, выпускающий командир выглянул в открытую дверь и увидел, что прапорщик весь в крови. Вышел из кабины второй пилот, они вдвоем попытались втянуть пострадавшего обратно, но это оказалось им не по силам. Связались с диспетчером и договорились о месте сброса тела, не подававшего признаков жизни. Фал обрезали, когда Ан-2 на минимальной скорости буквально скользил над рекой, прапорщику не дали утонуть — рядом уже были спасатели. Но все было напрасно, как оказалось, десантник погиб сразу: тот столб снес ему полголовы… Говорят, что никто из сослуживцев особенно не удивился. Для всех эта смерть не была неожиданной. Можно сказать, что это был «третий звонок»…
Другой десантник, с позывным «Гюрза», описал в газете «День воина» (1998, N 4, с.4) случай, когда он и его подчиненные почти силой удерживали майора милиции в здании школы: выходить из помещения нельзя было ни в коем случае — все вокруг простреливали вражеские снайперы, но майор вопреки уговорам и здравому смыслу упорно рвался наружу. Наконец у десантников кончилось терпение: если хочет идти на верную смерть — пусть идет! Но даже подойти к выходу из здания майор не успел: единственная шальная пуля, прилетевшая откуда-то издалека, попала ему в голову…