Но, гуляя по Бродвею после скудного обеда за несколько центов, она чувствует, как трудно устоять перед искушением, когда к тебе подходит молодой человек и приглашает вот в этот шикарный ресторан, из которого доносятся веселая музыка и ароматы изысканных яств.
Естественно, она бы только сыграла с ним шутку, обманула его. Притворилась бы, что она такая. Громко хохотала бы, пила вино, но только чуть-чуть. Едва почувствовала бы, что хмелеет, тут же встала бы и распрощалась. Или, еще лучше, сбежала бы, не сказав «гудбай», и ищи ветра в поле! А если бы он попытался ее удержать, рассмеялась бы ему в лицо и гордо сказала: «Вы ошиблись на мой счет, мистер!»
Геня улыбается своим мыслям и вдруг замечает, что прохожие как-то странно на нее смотрят. Она сразу напускает на себя серьезный вид.
И вдруг думает: «Как смешно эти девушки ходят!» Она бы так не смогла.
А может, и смогла бы. Надо попробовать.
Геня высоко поднимает голову и, упрямо поджав губы, пытается идти мелкими шажками.
У нее получается!
Она довольна собой. Еще бы платье чуть поярче, и было бы совсем замечательно.
«Как просто!» — думает Геня. Ей и весело, и страшно: то, что всегда представлялось ей совершенно невозможным, вдруг оказалось близким и понятным.
«Заигралась я, так и до беды недалеко!» — Испуганная, Геня бросается к трамваю. Скорее домой! Она чуть не переступила черту.
Но ее тянет к новому, неизведанному. Чего, собственно, она боится? Сейчас на Бродвее весело, магазины, кафе и кабаре светятся изнутри и снаружи яркими, танцующими электрическими огнями. Прохожие, будто заморские гости из далеких, счастливых стран, не спеша движутся по тротуару, и их глаза горят радостью и вожделением.
Геня на минуту забывает, кто она, ей кажется, что она тоже одна из этих веселых, беспечных людей.
Вот один смотрит на нее, она смущается, но тут же вспоминает, что это всего лишь шутка, игра. И когда на нее смотрит другой прохожий, она улыбается, но все-таки ускоряет шаг… Это же просто шутка…
Но вскоре Геня устает. Тут неподалеку есть маленький скверик, можно там отдохнуть.
Она поворачивает к скверу. Садится на скамейку и ждет.
Не проходит и пяти минут, как рядом усаживается хорошо одетый молодой человек, спортивный, настоящий американец. Ее грудь приподнимается от волнения. Геня чувствует на себе его взгляд. Молодой человек явно хочет заговорить с ней, хочет ей предложить… Что ж, она сыграет роль «такой» девушки, это будет забавное приключение.
Если он пригласит ее на ужин, пойти или нет?
Немного подумав, она решает, что пойдет. А что такого? Играть так играть. Почему немножко его не подурачить?
Она чувствует ненависть к этому богатому, довольному жизнью парню. Ему нужно только ее красивое, молодое тело, которое мастерская не окончательно иссушила и покалечила. Ее щеки еще не побледнели, голубые глаза по-прежнему блестят, а груди — как налитые соком плоды молодого дерева. И за недели, что она голодает, оставшись без работы, ее красота не успела поблекнуть. Молодость не так-то легко победить.
Парень посматривает на нее. Видно, не решается. Геня дерзко, вызывающе улыбнулась. Это подействовало. Он заговорил с ней немного развязно, но все-таки вежливо.
От волнения Геня даже не поняла, что он сказал, но уловила одно ужасное слово.
Как он посмел?! Отель! Этот гад предлагает ей пойти с ним в отель!
Но она совладала с собой и решила пока не раскрывать карты. Это же так любопытно, так интересно!
И, улыбаясь, Геня ответила, что в отель она не хочет. Как-нибудь в другой раз — с превеликим удовольствием, но не сегодня. Во-первых, она и так живет в отеле, во-вторых, сейчас ей хотелось бы повеселиться, сходить в какое-нибудь шикарное заведение, если он будет так любезен ее пригласить.
— И куда? — с готовностью спросил молодой человек.
— К Мартэнам![122] — заявила Геня.
— Там же очень дорого, — удивился парень и с усмешкой посмотрел на ее платье.
Геня поняла, что перегнула палку, опыта не хватило. Как она пойдет в «Кафе Мартэн»? Она и знает-то о нем только потому, что раньше работала неподалеку, в том же районе. Девушки в мастерской об этом ресторане целые легенды рассказывали, вот она и выпалила: «К Мартэнам!»
Но теперь отступать некуда.
— Я только к Мартэнам хожу!
Геня бросила на молодого человека презрительный взгляд, дескать, она знает себе цену, встала и маленькими, но быстрыми шажочками пустилась прочь.
Только оказавшись на тихой, безлюдной улице, где стояли высокие, мрачные фабричные здания со слепыми, темными окнами, она пошла медленнее.
122
«Кафе Мартэн» — ресторан братьев Жана и Луи Мартэнов, один из самых дорогих и модных ресторанов Нью-Йорка в конце XIX — начале XX в.