Спустя два часа мы услышали пение горна и рокот барабана. Командую:
— Выходи строиться!
Солдаты повалили из нашей казармы на выход. Чтобы сократить время сбора, те солдаты, что квартируют далеко, набились в нашу казарму и теперь вылетают из неё бегом. Хорошо постарались, уложились в менее чем три минуты. Занимаю своё место перед строем капральства, и с удивлением вижу на помосте не только цесаревича с адъютантами, но и цесаревну с десятком фрейлин. Хотя нет. Фрейлин скорее всего три, а рядом вертятся девушки одетые несколько скромнее. Компаньонки, прислужницы… Не знаю как они называются. Вижу, как Рохлин, стоя у помоста, что-то говорит цесаревичу, на что получает одобрительный кивок.
Звучит сигнал горна, и барабанщики начинают отбивать такт. По сигналу выдвигается первая рота, дружно запевая «Студёною зимой под старою сосной». Останавливается у помоста, и с последним куплетом уходит. За ней вторая рота, третья… Наконец приходит наша очередь до нас. Напоследок я приберёг самый мощный марш всех времён и народов, знаменитый немецкий «Wenn die Soldaten». У меня в отделении есть два флейтиста и барабанщик, они и заводят мелодию, а остальные поют:
Перед помостом останавливаемся, флейтисты и барабанщик отступают на два шага от строя и наяривают марш, а мы демонстрируем сложные, почти акробатические приёмы со своими ружьями. Мне ружьё не положено, поэтому орудую протазаном[29]. Закончив смыкаем строй и уходим под «Солнце скрылось за горою». В спину нас звучат аплодисменты. Оборачиваться нельзя, однако боковым зрением вижу, что аплодирует и сам Павел Петрович. Это хорошо. Это нам плюс.
По знаку Рохлина полк приходит в движение и выстраивается перед помостом. Понятно: цесаревич желает сказать речь. Это интересно, наверняка Павел Петрович сообщит о своих планах в отношении нас. Так и вышло.
— Солдаты! — хорошо поставленным голосом, легко достигающим самые дальние ряды, заговорил цесаревич — Именным указом Ея императорского величества с сегодняшнего дня сей полк переходит в полное моё подчинение. Отныне вы будете служить по-новому, получать повышенное жалованье, а также получите новую форму. Чтобы вы могли достойно отпраздновать сие событие, вам будет выдана двойная винная и мясная порция. Кроме того, каждому солдату я жалую по рублю, а унтер-офицерам по два.
Чествовать цесаревича мы решили в шатре, заранее установленном на высоком берегу Славянки. Отсюда открывается прекрасный вид на противоположный берег, на леса и луга. Продукты и вина для стола привезли слуги нашего нового шефа полка, повара и официанты также приехали в его обозе.
Погода стоит прекрасная: лёгкий морозец около трёх градусов, ясное небо, а на небе отдельные белоснежные облака. От такой картины веет чем-то рождественским, и я вышел из шумного шатра подышать, полюбоваться видами. Неожиданно рядом остановилась цесаревна:
— Чудесная картина, я тоже наслаждаюсь ею. — произнесла она.
— Да, Ваше императорское высочество. Когда у меня выдаётся свободное время, я прихожу сюда полюбоваться дивным уголком божьего мира.
— Обращайтесь ко мне запросто, по имени-отчеству. Хорошо, Юрий Сергеевич?
— С удовольствием, Наталья Алексеевна. — кланяюсь я.
— Вам уже хорошо известно это место, где бы Вы построили для себя дом?
Наталья Алексеевна смотрит внимательно: это очередной экзамен для меня — проверка на художественный вкус и здравый смысл. Но у меня есть шпаргалка: я трижды бывал в Павловске и прекрасно помню что и как там было.
— Во-первых, Наталья Алексеевна, я бы не стал здесь устраивать регулярного парка во французском стиле, они скучны, и лишены жизни. Пейзажный парк — вот что здесь нужно на мой вкус. Сохранить очарование здешней природы, чуточку оттенив, а где-то добавить красок. Дом бы я поставил невысокий, не более двух этажей, желательно округлых очертаний. Взгляните на пригорок поднимающийся от реки, дом на этом месте очень удачно вписался бы в ландшафт.
— Да, такой дом был бы здесь уместен. — сказал незаметно подошедший цесаревич.
— Благодарю, Ваше императорское высочество. — склонил голову я.
— Я же просил обращаться ко мне запросто. — напомнил он.
— Извините, Павел Петрович.
— Юрий Сергеевич, не согласитесь ли вы помочь при составлении проекта строительства? — спросила Наталья Алексеевна, задумчиво обозревая округу — Мне кажется, что у вас имеются свежие и оригинальные идеи.
29
Протазан — колющее древковое холодное оружие, разновидность копья. Имеет длинный, широкий и плоский металлический наконечник, насаженный на длинное древко.