Девушка стояла и смотрела вслед маленькой, удаляющейся фигурке, опиравшейся на посох, до тех пор, пока Оки не слился с тенью, а звон бубенчиков на его шляпе не заглушили лесные шепотки.
Как Виана и думала, Волку ее идея по душе не пришлась.
— Родник вечной молодости? — переспросил он с издевкой. — Очнись, Виана. У каждого леса есть о том своя легенда, но это просто сказки.
— Но Оки сказал…
— Оки сказал тебе, что ты отыщешь этот источник, если отправишься в чащу Дремучего Леса?
— Нет, — нехотя призналась Виана.
— Потому что его не существует, понимаешь? Оки всего лишь сказитель, Виана. Знаешь, что это означает? Сказитель — это сказочник, — повторил Волк, — а сказки это вымысел.
— Я знаю, что такое сказки, — с жаром выпалила Виана. — Но даже если так, неужели тебе ничуть не интересно, почему Арак…
— Об этом больше ни слова.
Виана не настаивала. Она уже приняла решение, и на этот раз Волк не стал ее удерживать.
Возможно, он попросту не верил, что Виана осуществит свою затею. Никто не углублялся в чащобы Дремучего Леса, потому что никто оттуда не вернулся. Это было всем известно и без сказок и легенд.
Но Виана чувствовала в себе силы выжить в любом лесу. Если наводящие ужас легенды об этом месте — вымысел, то и бояться нечего. А если — правда, тогда есть шанс найти родник, о котором рассказывал Оки в день солнцестояния. И тогда…
Виана непрестанно думала об этом, понимая, что если она сумеет отыскать родник, то Волк изменит свое мнение. Как бы то ни было, с утра пораньше, пользуясь тем, что все легли спать очень поздно, Виана ушла из лагеря якобы на охоту. На самом же деле она отправилась в долгий путь по лесу. Девушка не знала, сколько времени ей понадобится, чтобы добраться до мифического родника, если он вообще существовал. Сказка это или быль, не имело значения. Попытаться отыскать источник все же следовало.
Виана сожалела, что не смогла попрощаться с Волком, Дореей, Альдой, Айриком и всеми остальными, но рисковать и ждать, пока они проснутся, девушка не хотела, боясь, что ее отговорят от намеченной затеи.
С другой стороны, удалившись в глухие леса, она очень долго не увидит Робиана, а ей нужно было побыть одной, чтобы подумать.
Воодушевленная тем, что, впервые в жизни взяв в руки бразды правления своей судьбой, она сама себе указ, Виана направила стопы к самому сердцу леса. У нее не было ни карты, ни примет, да и Оки не дал ей никаких подсказок. Девушка не знала толком, куда идти, но была уверена, что, добравшись до нужного места, непременно его узнает.
Потому что деревья там поют.
ЧАСТЬ 2. УРИ
Глава 8,
в которой говорится о походе Вианы через Дремучий Лес и потрясении, испытанном возле ручья
Виана шла весь день, не думая о том, что углубляется все дальше и дальше в Дремучий Лес, место, где рождались все легенды, и от которого ее предостерегали с раннего детства. Перебравшись в три прыжка через ручей, она шла вперед и только вперед, словно не искала неведомо что, а просто охотилась, как делала это каждый день.
Поначалу это и впрямь было похоже на охоту. Лес с другой стороны ручья мало чем отличался от оставшегося за спиной. Разве что был чуть гуще и темнее… но на этом различия и заканчивались. В ветвях щебетали уже знакомые ей птицы, деревья не казались мрачными, таящими угрозу, а в зарослях кустарника не подстерегали, выслеживая ее, диковинные существа — феи, лешие, лесовики и тролли.
Тем не менее, Виана все время была начеку. С одной стороны, пройдя обучение у Волка, в лесу девушка чувствовала себя как рыба в воде и верила в себя и свои силы. Но, с другой стороны, всю жизнь слушая ужасающие истории о Дремучем Лесе, она никогда не сомневалась в их правдивости.
Наступил вечер, и девушка не обнаружила ничего странного. По крайней мере, сейчас. И все же для ночевки Виана выбрала укромное местечко в дупле раскидистого дерева. Разводить огонь она не стала, чтобы не выдавать своего местоположения. По ночам было уже не так холодно, и девушка надеялась, что плаща будет довольно, чтобы согреться. К тому же, в котомке были припасены хлеб, сыр и кусок солонины, так что готовить пищу на костре было не нужно. Конечно, она понимала, что рано или поздно придется охотиться, но решила подумать об этом позже, когда другого выхода не будет.