– Шестьдесят восемь.
– Шестьдесят восемь?! Ваш стиль разговора словно принадлежит одной из героинь романа Ивлина Во[97], и тем не менее вы забрались в сердце Южной Америки, самостоятельно, и прекрасно говорите по-испански. Я заинтригован. Что вы здесь делаете?
– Разговариваю с вами. – Она решила сделать вид, что не поняла его.
Последовала пауза. Этот мужчина – его звали Дэниел, вспомнила она, как упоминал он сегодня днем, – внимательно посмотрел на нее и отвел взгляд.
– Ладно, – сказал он, – можем продолжить разговор о химических элементах и доисторическом прошлом, если желаете.
– Да, я предпочла бы, – кивнула Розалинда.
Он начал очередное обследование карманов. Сначала боковых, потом нагрудных, потом внутренних и, наконец, брючных.
– А вы никогда не думали, – спросила Розалинда, – что вам лучше покупать одежду с меньшим количеством карманов?
Дэниел впервые искренне рассмеялся.
– Моя жена говорит то же самое, – заметил он, потом добавил: – Моя бывшая жена.
– Что ж, эта дама права. Это просто вопрос вероятности, – продолжила она, – если у вас будет всего один или два кармана, то тем самым сведутся до минимума ваши постоянные поиски потерянных…
– Ага! – не дав ей договорить, воскликнул он и торжествующе выудил маленький пузырек. – Вот видите? Вовсе у меня не слишком много карманов.
Он вытряхнул из пузырька какую-то таблетку и проглотил ее, даже не запив водой.
– Полагаю, неуместно просить вас поделиться одной из них? – спросила Розалинда.
– Одной из них? – Он выглядел изумленным. – А вы имеете привычку просить у незнакомцев прописанные им лекарства?
– Нет, я…
– Вы же даже не знаете, от чего они?
– Я подумала, что это снотворное, но…
– Нет, это не снотворное, – возразил он, покачав головой.
– Ах.
– Это… – и он произнес незнакомое слово.
– Я не слышала о таком лекарстве.
– Значит, вы вели порядочную жизнь в обществе приличных людей, – он бросил на нее страдальческий смущенный взгляд, проявившийся даже в темноте. – Они для алкоголиков. Вызывают жуткое ощущение, если потянет глотнуть спиртного.
– Ясно, – сказала Розалинда, поглядев по сторонам. – И вы беспокоитесь о том, как бы вас не потянуло заглянуть в ближайший бар?
Он закрыл пузырек крышкой, сунул в один из карманов и застегнул его клапан на пуговицу.
– Нет, дело не в этом. Я дал обещание – Найлу и моей жене, бывшей жене, надо сказать, – принимать по одной каждый день, – он развел руками. – Найл жил с ней довольно долго, и они выработали совместный план. Если я буду принимать их, она разрешит мне видеться с детьми, а Найл разрешит жить с ним. Если не буду, то они сочтут меня конченым человеком. И тогда ни жилья, ни встреч с детьми.
– Это звучит довольно жестоко.
– Жестоко, но справедливо. Это крест, поставленный на моей семейной жизни. Бывшей семейной жизни.
– Видимо, она женщина твердых убеждений.
– Да, Розалинда, вы попали в самую точку. Она также имеет отвратительную привычку оказываться правой в большинстве случаев, – он потоптался на месте, поглубже засунул руки в карманы и произнес изменившимся, лишенным выражения голосом: – Она выгнала меня из дома, видите ли, три года назад. Я не виню ее. Я пребывал далеко не в лучшем состоянии, и детям не следовало видеть меня таким. Теперь мне надлежит пройти Двенадцать шагов[98]. За мои грехи.
– И как, вы преуспели?
– Необычайно, – весело ответил он. – Я ненавижу их. Эта ядовитая смесь вызывает праведное отупение. А люди, с которыми приходится встречаться, какие-то… даже не знаю, как лучше выразиться… сдвинутые на одной идее маньяки. Нет ничего более безрадостного, чем непьющий пьяница.
– На каком вы сейчас шаге?
– На втором, – усмехнувшись, признался он. – Я прохожу цикл уже третий раз. Найл теперь называет их «Тридцать шесть шагов». Поэтому, с оптимистической точки зрения, я сейчас уже на двадцать шестом шагу.
Розалинда поежилась. Холод незаметно пробрался под одежду, скользя ледяными стрелами по коже.
– Ладно, – заметив ее состояние, сказал он. – Нам следует немного поспать. Могу я проводить вас обратно в наш пентхаус?
– Прошу вас, – ответила она, взяв его под руку.
Дэниел настаивал на том, чтобы она села на переднее сиденье, рядом с водителем. В ответ на ее возражения он забрал ее куртку и сумочку и сложил их перед этим сиденьем, не оставив ей иного выбора, кроме как занять новое место. И как только машина тронулась, она осознала, что устроилась на самом удобном месте в салоне. Удобство, конечно, относительное, но все-таки в переднем сиденье оказалось чуть больше набивки, чем в заднем, а через ветровое стекло она могла видеть отличную панораму.
97
Артур Ивлин Сент-Джон Во (1903–1966) – английский писатель-романист, автор беллетризованных биографий, путевых заметок и справочников для путешествующих, оставивший, помимо прочего, заметный след в журналистике и литературной критике; считается одним из тончайших стилистов в английской прозе прошлого века.
98
Имеется в виду книга правил и рекомендаций «12 шагов и традиций анонимных алкоголиков», созданная в процессе практической деятельности сообщества анонимных алкоголиков для полного избавления от зависимости.