Джайлс приблизился, я уже могла различить его лицо. Меня переполняли эмоции. Я не удивилась, если бы воспарила над землей на несколько футов. Джайлс поднялся на мост. Собаки бежали за ним следом.
— Здравствуй, Виола! Не ожидал увидеть тебя здесь. Ты не желаешь спрятаться от дождя?
— Дождь, разве идет дождь? — спросила я хриплым голосом. Сердце билось так сильно, что я не могла говорить.
— Не знаю, каким еще словом можно назвать то, что сейчас происходит. — Джайлс стал рядом и указал на мелкую рябь на блестящей поверхности озера. Голубая рубашка Джайлса покрылась мокрыми пятнами на спине и плечах. — Кажется, дождь усиливается. Мы должны переждать некоторое время.
Я украдкой разглядывала лицо Джайлса: мелкие морщинки вокруг глаз, легкую щетину на щеках и подбородке. Его глаза были голубовато-серого цвета, подобно туче, которая низко нависала над холмами и озером. Тонкий удлиненный нос Джайлса был идеальной формы. Самый красивый нос, который я когда-либо видела. Только сейчас я разглядела небольшой шрам на подбородке. Я восхищалась безупречными чертами лица Джайлса, хотя прекрасно понимала, что нельзя полюбить человека только за форму носа. Меня изумляла загадка сексуального влечения. Что заставило меня считать Джайлса самым очаровательным мужчиной на земле? Почему мне так хочется прижаться к нему всем телом? Почему я была слепа и не замечала, насколько он неотразим? Мне пришлось признать, что я увидела все с первого дня нашего знакомства. Я пыталась отгородиться от Джайлса, защитить себя. Когда я начала работать в ОЗПА, он ясно дал понять, что относится ко мне, как к надоедливой мухе. Он был уверен, что я не буду долго нарушать его покой — Пирс рано или поздно от меня избавится.
Со временем наши отношения наладились. Мне доставляло огромное удовольствие видеть, что Джайлс становится терпимей, что он с готовностью общается со мной. Наши обеды в «La Petite Sonnerie», наш поход на концерт в Смит-сквер стали самыми светлыми моментами в моей жизни.
Мне очень нравился Джайлс, я была ему благодарна, но прекрасно понимала, что он находится за пределами досягаемости. Он был умен, прекрасно образован — качество, которое я ценила в людях больше всего. Мне казалось, что я слишком невежественна, слишком незрела, чтобы заинтересовать его по-настоящему. Шок от его внезапного появления раскрыл всю силу физического влечения, которое я испытывала к нему. Я поняла, что полюбила его. Моя любовь становилась сильнее, по мере того как я ближе узнавала его. Мне стало ясно, что чувства, которые я испытывала к Джереми, Дэниелу и Пирсу, не имеют ничего общего с любовью. Они выросли из моего детского желания доставлять удовольствие. Все эти мужчины чего-то хотели от меня. Новизна ситуации, в которой у меня было что предложить, заставила поверить, что это и есть любовь.
Но мое чувство к Джайлсу было довольно эгоистичным. Я хотела его духовно и физически. Я мечтала всегда находиться рядом с ним. Я желала говорить с ним, слушать его, смотреть на него, заниматься с ним любовью. Меня переполняли эмоции. Я так жаждала любви, столько времени провела в размышлениях о природе этого чувства, что, когда любовь пришла, у меня не оставалось сомнений.
— Этот прекрасный вид воскресил в памяти строки Вордсворта. — Джайлс оперся двумя руками о парапет. — «Пейзаж прекрасный видел он вдали, так расцветавший на его глазах, что от избытка этой красоты изнемогало сердце. И тогда…» [84]
— О чем это стихотворение?
— Поэт рассказывает об удовольствии, которое испытывал в юности, созерцая красоту природы. Его наслаждение было искренним и инстинктивным. Природа стала для Вордсворта утешением, образцом для подражания, лекарством от боли. В природной гармонии Вордсворт видел физическое воплощение Бога. Философия Вордсворта довольно путанна. Поздние произведения довольно банальны. Но иногда он бьет прямо в точку.
Я мечтала провести на мосту рядом с Джайлсом остаток жизни и бесконечно слушать его рассказы. Мы стояли так близко, что я могла ладонью коснуться его руки. Я могла положить голову ему на плечо и замереть, ощущая тепло его тела. Каково это — обвить руки вокруг его талии? Я ничего не сделала, только отступила на шаг, чтобы видеть лицо Джайлса, навсегда запомнить холмы за его спиной.
Джайлс повернулся, посмотрел на меня и улыбнулся. Я хотела кричать: «Я люблю тебя! Именно здесь, на этом месте, я поняла, что люблю тебя!»