Маркин был взрослым человеком, давно лишённым всяких иллюзий, но он любил смотреть на этот «свой» паровоз и мечтать: вот свистнет он, загрохочет, зашипит и увезёт его куда-то в синюю даль.
Танки в пути (продолжение)
Ранним утром к месту базирования группы Гоззо возвратился разведчик. Не дав себе времени отдышаться, он доложил:
– Все спят. Один на вахте. Можно начинать захват танков.
Гоззо мгновенно сориентировался и приказал:
– Двое со стороны холма. Двое с дороги. Ты со мной. По сигналу…
Диверсанты схватили оружие и разбились на мелкие отряды. И тут вдруг из леса, из того места, где стояли закамуфлированные танки, раздался грохот стрельбы.
Гоззо скомандовал:
– Замерли!
Все застыли на своих местах. Гоззо, ничего пока не понимая, настороженно прислушался к звукам выстрелов.
А происходило следующее. Рано утром полтора десятка конных бандитов, вооружённых обрезами, револьверами, саблями и плётками, с гиканьем принялись кружить вокруг лагеря Кошкина и его товарищей, беспорядочно стреляя во всё подряд. Кошкин и механики-водители поспешно запрыгнули в танки. Лейтенант Пётр Мизулин в исподнем бесстрашно попытался отстреливаться из пистолета, но что сделаешь один против пятнадцати…
– Быстро в танк, Пётр! – крикнул ему Кошкин. – Давай, под броню!
Пётр запрыгнул в люк. Кстати сказать, люк у нового танка был отличный. И очень удобный для покидания машины в критических ситуациях. Ну, и для быстрого попадания в машину – тоже. Он был гладкий, с закругленными краями, и влезать-вылезать через него не составляло никакого труда[35]. А ещё одним из достоинств люка была возможность его фиксации в нескольких промежуточных относительно «открыто» и «закрыто» положениях. И закрывался он изнутри знатно, фиксируясь при помощи зубчатой рейки, стопора и защёлки[36]. И вот настал момент, когда это оказалось очень даже уместным. Двое спешившихся бандитов тоже вскочили на танк и попытались помешать лейтенанту закрыть люк. Но не тут-то было!
Буквально минута, и все участники танкового пробега оказались в боевых машинах.
Кошкин тут же приказал Кайрату:
– Заводись и поехали.
Механик-водитель замешкался:
– Лагерь-то не собрали, Михаил Ильич.
– Ну вылезай, собирай.
Кайрат понял неуместность своего замечания и запустил двигатель.
– Эх, из башенного бы сейчас шмальнуть…
– По воробьям? Давай – в рощу. Поедем, они сами отстанут.
– А кто это?
– Да я откуда знаю…
Во втором танке Василий тоже запустил двигатель, но оказавшийся рядом с ним лейтенант Мизулин вдруг скомандовал:
– Стоять! Никуда не едем.
Василий удивился:
– Но Михаил Ильич же поехал.
– А мы нет! – злобно огрызнулся лейтенант. – Не видишь разве, я в исподнем? Я без гимнастерки не уеду. Дави этих гадов!
– Это можно! – весело крикнул механик-водитель.
После этого он газанул, посмотрел в смотровую щель и… тут же потерял всякий кураж.
– Не. Похоже, приехали…
Перед готовыми давить всех подряд танками стоял Дмитро Андриевский и крепко держал связанную Лиду, едва державшуюся на ногах. Злые глаза бородатого бандита блестели, а ствол обреза был направлен ей прямо в грудь. Пётр Мизулин от беспомощности заскрипел зубами.
– Нет, – обреченно вздохнул он, – только не это…
А Дмитро тем временем со смехом сказал:
– Вылазь, голубчики. Разговаривать будем.
Лейтенант Мизулин шепнул Василию:
– Я пошёл.
– Сиди, – ответил тот. – Начальство разберется.
Тем временем Кошкин уже вылез из люка своего танка. Бандиты тут же взяли его под прицел.
Дмитро скомандовал:
– Медленно вылазь. Лады? Не будете хулиганить – девчонку вашу не попортим.
Кошкин на правах старшего вступил с ним в переговоры:
– Девушку сюда, и я вылезаю.
Дмитро нагло усмехнулся:
– Не. Так дело не пойдёт. Вылазь сначала ты. И второму скажи, пусть свой трактор отопрёт. Не боись, договоримся.
Кошкин не стал скрывать своего сомнения, но бородатый бандит его «успокоил»:
– Не сомневайся, голубчик. Других вариантов у тебя всё равно нема.
Кошкин, понимая, что других вариантов действительно нет, вылез из танка и подал знак Василию Кривичу, чтобы тот тоже не сопротивлялся. Вслед за этим бандиты быстро проникли в оба танка. И они двинулись вслед за вскочившим в седло Дмитро Андриевским.
Нетрудно догадаться, что за сценой захвата танков велось скрытое наблюдение. Гоззо подал знак своим людям: в бой не вступать, но продолжать преследование.
35
Башенный люк у первых танков Т-34 был большой и тяжёлый. Объединение в один люков для двух рядом сидящих членов экипажа (наводчика и заряжающего) не было характерным для мирового танкостроения. Но на первых Т-34 это было связано с технологическими соображениями. А вот, например, танки-конкуренты БТ-7 того же Харьковского завода оснащались двумя люками – по одному на каждого из размещавшихся в башне членов экипажа. За характерный внешний вид при открытых люках немцы во время войны прозвали танк БТ-7 «Микки Маусом».
36
Защёлки были на пружинах, и их даже здоровый человек с трудом мог открыть, а вот раненый – вряд ли. Поэтому на войне пружины снимали, оставляя только защёлки. А вообще люк старались держать открытым – так легче было, в случае чего, выпрыгнуть.