[82], маленькая шлюха. Но ведь жизнь – она почище любого крушения и пострашнее любого Океана. Так почему ты суетишься, нервничаешь, пытаешься доказать что-то себе и другим? Просто расслабься, просто получи удовольствие. Я знаю, Джудит в глубине осталась женщиной. Мне нравится унижать ее, когда мы трахаемся… бить по щекам… плевать в лицо… Она и рада! Потом, правда, сворачивается, как улитка. Говорит, что, мол, ничего такого не помнит, а если даже что-то и было, то я просто насильник, который пользуется тем, что она поплыла и кончает. И что она непременно подаст на меня жалобу в полицию, но строго после того, как эта полиция станет полицией Независимого Квебека. Пока я полезен, нужен, несмотря на свой ужасный характер и полное, пещерное отсутствие моральных принципов. Как меня пропустили на интервью сотрудники иммиграционной службы, а? Хотела бы она знать. Я улыбаюсь и молчу. Все это – до следующего раза, когда я схвачу потаскушку за лобок и велю заткнуться. Надавлю на плечи. Заткну, наконец, своим куском мяса ее извергающий слова рот. Иногда мне кажется, что он живет отдельно от Джудит, ее шикарного ухоженного тела. Отворачиваюсь от нее, тайком пересчитываю то, что мне Авин дала. Две тысячи! От денег карман мой так теплеет, будто там уже детская куртка свернута. Благодарю Лаврил, та машет рукой – к чему формальности? – все свои люди, сочтемся… Спрашивает на ухо: каковы, на мой взгляд, предпочтения Малыша Дауна в кулинарии? Она, видите ли, хочет покорить сердце своего несчастного идиота, приготовив ему индейку в шоколадном соусе. Недурно, недурно, говорю. Малыш Даун на Лаврил не смотрит, беседует о чем-то с Каролин. Та, тощая, в татуировках, слушает Малыша внимательно, веком подергивает. Это у нее от отца. Тот – католик и реакционер, а Каролин – за права сексуальных меньшинств и за свободу. Так она полагает. Поэтому, в знак протеста против авторитарного папаши, Каролин носит шорты, строительные ботинки и рыбацкий свитер. При весе в полсотни кило! В любом случае никто сейчас не одет лучше Лаврил. Ту нарядили, как я и попросил Малыша Дауна – а уж ему Лаврил отказать никак не могла, – в нечто среднее между платьем вавилонской блудницы и монахини. Закрытый перед, голый зад. В буквальном смысле! Ягодицы чертовки открыты, хотя спереди – монашеский воротник. И дело не в моей страсти к порнографии, как попрекнула меня жена, когда я показывал ей фото с вечеринки. Просто мы собрались для некоего действия… скажем так, почти религиозного характера… и это требовало некоторой изобретательности. Мишуры! Так что мы нарядили Лаврил в вавилонскую проститутку сзади и в монахиню спереди. Интересно, думаю, а если Малыш Даун ей велит, она мне?.. Спрашиваю у Малыша Дауна. Тот, разумеется, не против. Но все еще впереди. Я приподнимаюсь на ложе, оглядываю собравшихся. Мои франкоканадцы, парочка особенно доверенных лиц среди грузчиков – пользуясь незнанием парнями языка, я пригласил их на обычную свинг-вечеринку – и, конечно, Сэм и Даун… Малыш Даун! Стучу вилкой по стакану. Прошу внимания! Обращаюсь с приветственной речью к собравшимся. От имени старых партийцев нашего движения с каждый раз новым названием благодарю Лаврил Авин. Непременно, когда мы выйдем из подполья, люди поверят нам, коль скоро такие известные люди, как Лаврил, встали в ряды движения. Более того! Аврил нам дорога еще и тем, что сумела подняться над узкими разногласиями, подняться выше своих собственных интересов англоговорящей жительницы Канады. Сучка-англофонка снова краснеет. Ну что же, дорогие друзья. Коль так… Выпьем за любовь! Ведь не секрет, что именно она привела наше украшение, нашу звездную Лаврил Авин в Армию Освобождения Квебека. Ура! Малыш Даун нехотя целуется с Лаврил. Позже объясняет мне причины своего наплевательского к ней отношения. Во-первых, она ему этим ртом сосет, а мы хотели, чтобы он Лаврилку в губы целовал! Во-вторых, она ему уже изрядно надоела этой своей собачьей преданностью. Он девку только из-за партии терпит! В-третьих, он не собирается жениться в таком юном возрасте. Малыш еще молод, погулять хочет! Вот что рассказал мне позже Малыш Даун, и я нашел его мнение заслуживающим самого глубокого уважения. Парень и правда слишком молод! Кроме того, Аврил рассказала нам, что уже два раза сходила замуж. Что ни говори, филе третьей свежести… Но об этом мы поговорили позже. А пока в шикарном доме на пять тысяч квадратных метров, с бассейном и дорогой мебелью, мы произносим тосты в честь грядущего освобождения Квебека. Активные действия намечены на осень 2015 года! Дело в том, что революция состоится в октябре. Причин тому я нашел множество, и все они, конечно, были ложными. Я говорил о необходимости выступить с оружием в руках как раз после парламентских выборов в Канаде. К ним готовилась вся страна. Все столбы заклеили! Деревенщина Хапрер с лицом дебила, намолотившего три тонны зерна и надоившего шесть тонн молока, за что ему вручили вымпел лучшего трудяги капиталистического колхоза. Неврастеник Тюрдо, который тщательно изображал из себя независимого франкоканадского интеллектуала, но оборачивался всегда одним и тем же – самим собой. Человеком, озабоченным гольфом, домом за городом и тем, чтобы его все в покое оставили… Отсосались чтобы от него! Он выглядел в телевизоре дерганым, нервным и плохо воспитанным, как настоящий состоятельный «квак». Видно, что человек нервничал из-за необходимости кого-то в чем-то убеждать. Красовалась еще парочка уродцев, но эти двое оказались главными. И вот, пока они собирались сойтись на арене политической битвы – что бы это дебильное словосочетание ни значило – я собирался устроить им сюрприз. На словах, конечно! 19 октября, в день, когда вся Канада выйдет на избирательные участки, мы… Нет, просто помоемся и оденемся во все чистое! Так у нас принято, у русских. А вот 20-го, в утро, когда вся страна, уставшая после долгой избирательной кампании, и счастливая из-за того, что кошмар окончен, будет спать до обеда… Мы и выступим! Захватим почту, телеграф, но, самое главное, все «Макдоналдсы». Вот этого-то как раз система и не выдержит! Рухнет… Я нарисовал планы выступления, схемы даже начертил какие-то. Кваки были в восторге! Они не ожидали, что все случится так быстр