При игре в крокет есть игроки, предпочитающие целенаправленно перемещаться по полю, и игроки, в первую очередь стремящиеся перехватывать чужие шары. Что ж, и в театре тоже есть актёры, гораздо больше озабоченные тем, чтобы парализовать действия своих товарищей, чем раскрываться самим.
Наша жизнь с её непреходящим контрастным душем, «est un labeur de choix qui veut beaucoup d’amour», но среди наших радостей есть и такие, которые ощутимы даже для менее романтичных из нас!
(Неполная и неточная цитата из Поля Верлена:
«Скромная жизнь, полная нудной и нетрудной работы
— это избранный путь, требующий большой любви.» — Прим. перев.).
Смешить людей, даже непорядочных, — это непосредственное удовольствие настолько сильное, что многие не только наслаждаются им, но и ужасно страдают, видя, как им наслаждаются другие. Поэтому они находят способы наслаждаться этим в одиночку!
В театре словом «effet» называют комические трюки, хохмы, вызывающие веселье или бурные эмоции у зрителей. Достигнутые благородными или низменными средствами, подготовленные, поддерживаемые, лелеемые, рассчитанные, и любимые актёрами, «трюки» для недальновидных театральных деятелей и их работодателей являются мерилом успеха.
Бессмысленно возражать, что любая опробованная пошлость (демонстрация штанов из бумазеи или попытка грохнуться на пол мимо кресла) непременно вызовет взрыв смеха, актёр, который хорошо проделывает «трюки», торжествует, тот же, у кого они плохо получаются, презирается.
Вот почему на следующий день после премьеры ненасытные члены труппы принимаются тихо и тщательно «пожирать» чужие «трюки».
Терпение термита, накопленный опыт и осторожность — всё бросается на достижение цели. Возьмём, к примеру, фразу: «Чёрт, я забыл лангуста» — задуманная и исполненная так, чтобы рассмешить зрителя (видели и похуже). Так речь идёт о том, чтобы любыми средствами отвлечь общее внимание от актёра, произносящего её. Самый простой приём — заглушить восклицанием, кашлем или вздохом слово «лангуст», а затем быстро и громко начать следующую реплику. Если зрители всё же засмеются, оппонент на слове «забыл» начнёт как бы задыхаться и одновременно отведёт взгляд в сторону, словно неудержимо захвачен чем-то другим. Вызовет ли это задуманное в пьесе «я забыл лангуста» взрыв смеха у публики? Он же на лице запечатлеет застывшую печаль и немного оживится, лишь когда снова заговорит.
Если упрямым зрителям всё же удаётся повеселиться, становится незаменимой тактика изменяющаяся, подвижная. «Пожиратель смеха» (осмелюсь так выразиться) пойдёт прогуливаться по сцене во время и после смехотворной фразы, суетливо виляя ногами и болтая руками, не просто так, естественно. А если он всё ещё заметит следы веселья, которые он хочет погасить, то он применит своё последнее средство, с которым никакие «лацци»[35] не справятся, это средство — реквизит.
Человеческий глаз не может сфокусироваться на двух точках одновременно. Всё искусство фокусника основано на этом принципе, как и менее ослепительное, но более прибыльное умение «стрелка из укрытия».
Полный хитрости и осторожности в своём неторопливом деле, «пожиратель смеха» схватит любой предмет — платок, лампу, мушкет, клетку для канареек, и будет активно манипулировать им с момента, когда будет произнесено слово «чёрт», пока те, кто мог бы рассмеяться, не заметят всю эту суету и, сосредоточив на ней всё своё внимание, не забудут не только о лангусте, но и о том, кто его забыл. Затем, удовлетворённый и успокоившийся «пожиратель смеха» сохранит все свои сценические находки до конца представлений, а «Чёрт, я забыл лангуста», что в течение недели так будоражил толпы зрителей, теперь станет не более чем набором мёртвых слов, лишённых смысла, над которыми даже самый смешливый слушатель даже не улыбнётся!
В некоторых труппах, где агрессивное переигрывание встречается чаще, чем где-либо ещё, случается, что приходится играть свою роль (или то, что от неё осталось) среди такого обилия хрюканья, бормотания, криков, звукоподражаний и рыгания, что можно подумать, будто находишься на палубе корабля, окружённый пассажирами, страдающими от морской болезни!
Первая реакция безумца-который-попал-служить-в-театр, когда он обнаруживает, что его лишили своих хохм (и, увы, их смысла) — объясниться со своим противником. Противник отправляет его к чёрту. Второй ход — оповестить директора. Директора это вообще не волнует.
35
«Лацци» («