А еще ваш мозг поразительно хорошо умеет находить закономерности и упорядочивать хаос, в чем можно убедиться на примере вот этих двух хорошо известных оптических иллюзий:
На первой картинке большинство людей видит лишь случайно разбросанные пятна, но только до тех пор, пока им не покажут, что тут изображена собака далматин; почти у всех мозг тут же начинает дорисовывать недостающие грани, и вся композиция обретает смысл. Это тест начали использовать в 1960-х годах, но никто, кажется, не догадался сохранить для истории имя его создателя.
О второй картинке известно больше. Она называется треугольником Каницца в честь итальянского психолога Гаэтано Каницца, который создал ее в 1955 году. Само собой, никакого треугольника там на самом деле нет – только тот, что нарисован вашим мозгом.
Ваш мозг делает для вас все это, потому что цель его существования – помогать вам всеми возможными способами. И однако, как это ни парадоксально, он в то же время на удивление ненадежен. Несколько лет назад Элизабет Лофтус, психолог из Калифорнийского университета в Ирвайне, выяснила, что людям можно внушить абсолютно ложные воспоминания – например, убедить в том, что в детстве они потерялись в универмаге или торговом центре, и это их очень травмировало, или что в Диснейленде их обнял Багз Банни, – хотя ничего подобного с ними не случалось (хотя бы потому, что Багз Банни вообще не диснеевский персонаж и в Диснейленде ему делать нечего)[147]. Многим она показывала их детскую фотографию, отретушированную так, будто они катались на воздушном шаре, и испытуемые нередко вдруг вспоминали свои ощущения и принимались взволнованно описывать ситуацию, хотя было известно, что никто из них в ней не бывал.
Вы, конечно, можете подумать, что уж вам-то никто ничего внушить не сумеет, и, вероятно, будете правы: настолько легковерен лишь примерно один человек из трех, – но есть и другие данные, свидетельствующие о том, что все мы иногда до неузнаваемости искажаем даже самые яркие воспоминания. В 2001 году, сразу после несчастья во Всемирном торговом центре в Нью-Йорке одиннадцатого сентября, психологи из Университета Иллинойса записали подробные рассказы семисот человек о том, где они находились и что делали, когда узнали о случившемся. Через год психологи задали тем же самым людям те же самые вопросы и обнаружили, что почти половина из них теперь существенно противоречат собственным словам[148]. Они заявляли, что были совсем в другом месте, когда узнали о катастрофе, что увидели ее по телевизору, хотя на самом деле услышали по радио, и так далее, – абсолютно не сознавая, что их воспоминания изменились. (Я, со своей стороны, ясно помню, как смотрел прямое включение с места событий по телевизору в Нью-Гэмпшире, где мы тогда жили, вместе с двумя своими детьми, однако позже оказалось, что один ребенок из этих двоих на самом деле в тот момент находился в Англии.)
Сохранение воспоминаний – процесс своеобразный и до странности бессвязный. Разум разбивает каждое воспоминание на компоненты – имена, лица, места, контексты, то, как предмет ощущается на ощупь, даже живой он или мертвый, – и рассылает все эти частички по разным участкам мозга, а потом снова вызывает и собирает в одно целое, когда требуется[149]. Одна-единственная мимолетная мысль или воспоминание способны пробудить больше миллиона нейронов, разбросанных по всему мозгу[150]. Более того, эти фрагменты воспоминаний со временем меняют местоположение, мигрируя из одной части коры в другую по причинам абсолютно неизвестным[151]. Что уж тут удивляться, если мы начинаем путать детали.
В общем, воспоминания совсем не походят на фиксированную, неизменную запись, вроде документа в каталоге. Они куда более туманны и переменчивы. Как выразилась Элизабет Лофтус в интервью 2013 года, «воспоминания больше похожи на страницу в Википедии. Вы можете зайти туда и отредактировать ее – и другие тоже могут»[152], [153].
Существует немало различных классификаций памяти, и, кажется, нет двух источников, которые использовали бы абсолютно одинаковые термины. Чаще всего упоминается разделение на долговременную, кратковременную и рабочую (по длительности); и процедурную, концептуальную, семантическую, эксплицитную, имплицитную, автобиографическую и чувственную (по типу). Однако в самом общем виде память делится на две базовые категории: декларативная и процедурная. Декларативная память – это то, что вы можете выразить словами: названия столиц, дата вашего рождения, как пишется «офтальмолог» и все остальное, что вам известно как факт. Процедурная память – это то, что вы знаете и понимаете, но выразить словами можете с трудом: как правильно плавать, водить машину, чистить апельсин, определять цвета.
153
Еще одним поразительным примером ложных воспоминаний можно назвать случившееся в некоем университете в Канаде, где в ходе эксперимента шестидесяти студентам-добровольцам предъявили обвинение в том, что, будучи подростками, они совершили преступление (кражу или нападение), за которое их арестовали. На самом деле ничего такого они не совершали, но после трех бесед с доброжелательным интервьюером, который при этом был умелым манипулятором, семьдесят процентов добровольцев признались в этих выдуманных преступлениях и нередко даже добавляли яркие компрометирующие детали, в которые они искренне верили, хотя в них не было ни крупицы правды.