В двадцать пять лет она становится наследницей «Холмс дентал». Ее дом — роскошная квартира-пентхауз в доме, расположенном на углу двух авеню, Пятой и Сентрал-Парк-Уэет. Возможно, единственная черная в этом элитном доме, она в прямом смысле «выше» остальных жильцов. Известностью она может посоперничать с Мартином Лютером Кингом. Ее фотография появлялась на обложке журнала «Тайм».
Самое большая перемена в ее жизни, до того, как она в 1964 г. попадает в Срединный мир, происходит 19 августа 1959 г. Хотя у нее достаточно средств, чтобы ее повсюду возил шофер, она не хочет быть «лимузинным либералом», поэтому ездит в подземке. И когда она стоит на станции «Кристофер-стрит», ожидая легендарного поезда «А», к которому с таким уважением относился Дюк Эллингтон[282], кто-то сталкивает ее с платформы под колеса подъезжающего поезда. Она знает, что это сделал белый мужчина, не подозревая, что тот самый мужчина сбросил ей на голову кирпич. Да и сам Джек Морт понятия не имеет о том, что Одетта второй раз становится его жертвой. К счастью, она не задевает третий, находящийся под напряжением рельс, но колеса поезда отрезают ей ноги по колено.
В «скорой помощи» обе ее личности в полной мере дают о себе знать, спокойная, воспитанная Одетта и злобная, мстительная, опасная Детта Уокер, которая лишь изредка появлялась на протяжении тех лет, что прошли после травмы головы.
После того как Одетта теряет ноги, она иногда исчезает — на часы, дни, даже недели, а возвращается часто с синяками. Всякий раз ее привозят разные машины. Одетта об этих эпизодах ничего не знает. Ее мозг создает альтернативные воспоминания, которые заполняют эти провалы в памяти. Она потирает виски подушечками пальцев каждый раз, когда Детта угрожает перехватить контроль над телом.
Детта — это Одетта наоборот. Если Одетта — борец за гражданские права и равенство всех людей, независимо от цвета кожи, то Детта Уокер — убежденная расистка, которая смертельно ненавидит белых. Детта ничего не знает о пентхаузе. Одетта понятия не имеет о грязной, чердачной квартирке в Гринвидж-Виллидж, где проживает Детта.
Детта хотя бы частично осведомлена о провалах памяти, вырывающих из ее жизни огромные куски, подозревает, что с ней что-то не так, но не знает, что именно. Особо она об этом не думает, потому что, когда она «на коне», всякие желания возникают у нее столь внезапно, что ей не до размышлений, лишь бы успеть сделать то, что нужно сделать. Роланд бы ее понял.
Говорит Детта, как черная женщина из какого-нибудь мультфильма. Ругается, как, похоже, ругались в южной глубинке, поэтому даже Эдди не всегда ее понимает. Она много чего ненавидит, но главных объектов ненависти два: белые и ее тетя София. Тетя провинилась тем, что кирпич упал на голову Одетты, когда вся семья приехала на ее свадьбу. Однако Детта даже не задумывается о том, что своим появлением обязана именно этому несчастному случаю. Злость Детты фокусируется на синей тарелке, которую ее мать подарила Софии. Она крадет эту тарелку и разбивает ногой, при этом мастурбируя. Сюзанна Дин использует похожие тарелки в Калье уже как оружие. Тонкая ирония… или ка.
Чтобы дать выход расовой ненависти, Детта снимает белых юношей в придорожных ресторанах, сексуально заводит их, прежде чем послать куда подальше. Это опасная игра, и ее несколько раз избивали, но она гордится тем, что никому не удалось ее трахнуть. Всякий раз, возвращаясь домой с «фонарями», она полагает себя непобежденной динамисткой.
Детта любит воровать дешевую бижутерию из лучших магазинов Нью-Йорка. Что она берет, ей без разницы. Все равно потом она добычу выбрасывает. Главное — сам процесс кражи. Она считает себя дешевкой, как и те вещи, которые крадет.
Роланд проник в разум Эдди незамеченным. Детта узнает о его присутствии, как только он переступает порог магической двери. В ее и без того расщепленном разуме постороннего замечают сразу же. У Роланда такое ощущение, «будто он голым лежит в темноте, а по телу ползают ядовитые змеи». Детта умна, но безжалостна, злобна и смертельно опасна, как омароподобное чудовище.
От красоты Одетты замирает сердце, но когда контроль над телом принадлежит Детте, внешняя красота только подчеркивает внутреннюю гнусность. Ее улыбка становится самой злобной из тех, что когда-либо появлялись на человеческом лице. Роланд понимает, что других побудительных мотивов, кроме злобы, у нее нет, и ее единственная цель скорее всего погибнуть от руки белого человека, что будет означать смерть и для Одетты.
282
В «Песне Сюзанны» Сюзанна говорит, что поезд «А» никогда не останавливался на станции «Кристофер-стрит». «Это еще одна маленькая ошибка, вроде „Кооп-Сити“ в Бруклине».