Как только Патрик начинает рисовать Алого Короля, тот чувствует: происходит что-то ужасное. А когда Патрик начинает стирать рисунок, он понимает, чем все закончится и кричит от ужаса. В отчаянии бросает еще несколько снитчей, но как только Патрик стирает его руки, бросать уже и нечем. И крики, и вопли прекращаются, когда Патрик стирает рот Алого Короля.
В конце концов Патрик стирает все, кроме красных глаз, к которым не может прикоснуться его ластик. Когда Роланд приближается к Башне, глаза продолжают смотреть на него, горя ненавистью. Роланд полагает, что глаза эти останутся на балконе навечно, глядя на поле из роз, тогда как их обладатель отправился в мир, в который отправили его ластик и волшебные глаза художника… скорее всего в пространство между мирами.
Стивен Кинг[300]
Когда настоящий Стивен Кинг объявлял[301], что станет персонажем эпопеи «Темная Башня», он сказал своим слушателям, что не удивился, став частью этой истории. Потрясло его другое: он не оказался в числе хороших парней, ему досталась лишь второстепенная роль.
Хотя писатель, который появляется в «Песне Сюзанны», далеко не главный герой, его присутствие играет ключевую роль для цикла. Но ведь по-другому и быть не может. Ибо Кинг в эпопее — создатель всей эпопеи, создатель как Роланда, так и Алого Короля, пусть даже последний и всеми силами пытается не подпустить Кинга к написанию главного произведения его жизни, еще с детства начинает запугивать писателя.
Впервые имя Кинга упоминается на черной доске-меню в магазине Келвина Тауэра, в тот день 1977 г., когда Джейк посещает этот магазин повторно, уже в Прыжке. Потом, когда Тауэр настаивает на том, чтобы Эдди забрал с собой, в Пещеру двери, шкаф с его самыми ценными книгами, Роланд находит среди них «Жребий». Граница между реальностью и вымыслом размывается. Отец Каллагэн обнаруживает, что его жизнь — выдуманная кем-то история.
Кинг как персонаж появляется в 1977 году, писатель, не слишком известный за пределами родного штата, но уже зарабатывающий своим трудом на хлеб с маслом. Ему тридцать лет и у него трое маленьких детей. Внешне он может сойти за сына Роланда. В его темной бороде только пробивается седина. Он высокий, бледный, расположен к полноте, выпивает, так что потенциально может стать алкоголиком. Одна дужка очков с толстыми линзами замотана клейкой лентой. Манерой разговора напоминает Эдди всех, кого он только знал. В авторском послесловии к «Темной Башне» Кинг пишет, что это правдоподобная версия «Кинга того времени, каким я его помню».
Поскольку Кинг — создатель Эдди и Роланда (Роланд думает о нем, как о своем биографе), его ошибки становятся для них реальностью. Вот почему Кооп-Сити, где родился Эдди, оказывается в Бруклине, а не в Бронксе. Он смотрит на своих созданий с тем же благоговейным трепетом, что и они — на него. Эдди думает, что Кинг — неплохой парень, но потом напоминает себе, что именно Кинг несет ответственность за смерть всех членов его семьи.
Хотя Кинг — их бог, он не бессмертен. Если Алый Король сможет вмешаться в его работу, и он перестанет писать эпопею «Темная Башня», поход Роланда провалится. Алый Король неоднократно пытался убить Кинга. Иногда ему приходили на помощь, бывало, удавалось спастись самостоятельно. Первую попытку Алый Король предпринял, когда Кингу было шесть или семь лет. Его и брата отправили в сарай пилить дрова за попытку удрать из дому. Там лежали тушки кур, умерших от птичьего гриппа. По тушкам, покрытым красными пятнами, ползали красные пауки.
Кинг боится: если пауки доберутся до него, то он заболеет птичьим гриппом, умрет и вернется вампиром, карманным писателем, рабом Владыки пауков. Эдди, в одном из своих воплощений, спасает Кинга от пауков, перетягивает его на сторону Роланда. Кинг создает волшебного стрелка, который будет оберегать его в будущем от того, кто пугал его в сарае. В «Оно» Кинг пишет о бумажном кораблике Джорджа, ныряющем в канализационный слив с дохлой курицей, а позднее Майк Хэнлон говорит о ком-то, убившем всех кур в своем курятнике. Ричи Тоузиер цитирует Джерри Ли Льюиса, поющего о курах в курятнике. Понятно, что воспоминания о том случае так и остались с Кингом.
В интервью, которые берут у реального Кинга, один из наиболее часто встречающихся вопросов следующий: произошло ли с вами в детстве нечто такое, что заставило вас писать так, как вы пишете? Обычно этот вопрос раздражает Кинга. Он находит общество слишком уж фрейдистским и заявляет, что в его жизненной философии больше от Юнга, подписываясь под идеями расового и культурного архетипов, и он не видит смысла в том, чтобы придавать очень большое значение душевным травмам детства. А регулярные упоминания пауков по ходу цикла, возможно, его способ посмеяться над популярной психологией.
300
Если не будет указано иного, в этом разделе речь пойдет о вымышленном персонаже, который появляется в «Песне Сюзанны» и в «Темной Башне», а не о самом писателе.