Миа, яростная защитница своего малого, по ночам бродит по болоту в поисках еды, думая, что она пирует в банкетном зале замка. Хотя Миа не является частью Сюзанны, сформировалась она еще не полностью, какие-то старые воспоминания Сюзанны сливаются с воспоминаниями Миа. Синие тарелки в банкетном зале напоминают Детте одну из тех, что принадлежали ее тетке. Она разбивает каждую, которая попадает ей в руки, не понимая почему.
Роланд, который следит за Сюзанной в ее ночных хождениях, наблюдает, как она аккуратно раздевается догола, прежде чем войти в вонючую болотную жижу, пожирает пойманных руками лягушек и водяных крыс, вызывая в памяти строки из XXI строфы поэму Роберта Браунинга: «Крик крысы водяной — и нету силы, / Ведь он, как детский плач, меня гнетет». Сюзанна срывает с ног пиявок и проглатывает их. Как следует закусив, она смывает с себя грязь, одевается и возвращается в лагерь. Роланд принимает решение никому не говорить о том, что видел, у него появляется еще один секрет, благо их хватает.
Под влиянием галлюциногенных сдобных шаров, ягод размером с теннисный мяч[140], и близости к Черному Тринадцатому, хрустальному шару из Колдовской радуги, который находится у Каллагэна, Эдди, Джейк и Ыш отправляются в Нью-Йорк, в тот самый день 1977 года, когда Джейк впервые увидел на пустыре розу. Роланд знает, что с ними произошло. О таком способе перемещения между мирами, Прыжке или тодэше, он узнал от Ваннея, придворного учителя, который обучал своих учеников знаниям, хранящимся в книгах. Роланд видит, как они исчезают вдали, их тела замещает тусклое серое сияние, по форме и положению напоминающее человеческие тела, сохраняющее за ними место в этой реальности. В Нью-Йорке они для всех невидимы, хотя прохожие чувствуют их близость и обходят стороной. Переходя из мира в мир, они смутно увидели какие-то существа, огромные, с фосфоресцирующими глазами[141], обитающие в темноте между реальностями.
Джейк замечает мелкие отличия между тем, что он видит сейчас, и своими воспоминаниями о том дне. На черной доске для меню в витрине книжного магазина Келвина Тауэра Джона Макдональда заменил Стивен Кинг. У «Чарли Чу-Чу» теперь другой автор: Клаудия-и-Инесс Бахман, вымышленная вдова Ричарда Бахмана, псевдонима, под которым Кинг издал несколько романов. Благодаря лишнему «и» число букв в ее имени и фамилии достигает 19. Год выхода книги — 1936-й, в сумме эти четыре цифры тоже дают 19. Книга опубликована издательством «Макколи хауз». В то время литературным агентом Кинга был Кирби Макколи. Это первые намеки на то, что Кинг станет играть центральную роль в спасении Башни. Роланд уверен, что эта книга достаточно важна, раз уж ка позаботилась о том, чтобы в разных мирах разные женщины написали одну и ту же историю.
Джейк и Эдди выясняют, что у Келвина Тауэра возникли проблемы с Энрико Балазаром, главарем большой банды, для которого десять лет спустя Эдди будет заниматься контрабандой наркотиков. Тот факт, что Балазар лично приехал в магазин, производит впечатление на Эдди. Балазар и его бандиты уводят Тауэра в подсобку, часть которой занимает его кабинет[142], оставляя Эрона Дипно в магазине.
Тодэшные колокольца извещают, что их время в Нью-Йорке практически истекло, но Эдди очень хочет взглянуть на соглашение между Балазаром и Тауэром. Его тянет к бумаге, которой размахивает Балазар, точно так же, как Луч тянет их к Башне. Согласно этому «Соглашению» Балазар, действующий от лица и по поручению «Сомбра корпорейшн»[143], выплачивает Тауэру сто тысяч долларов за то, что тот в течение года не продаст пустырь на углу 46-й улицы и Второй авеню. До окончания срока действия договора остается шесть недель. «Сомбру» интересует исключительно роза, но они не могут добраться до нее, пока не приобретут землю, на которой она растет. На документе Эдди видит имя Ричарда Патрика Сейра, которое узнает отец Каллагэн, когда они будут рассказывать свои истории.
На следующее утро Сюзанна предлагает купить землю на ее наследство, которое составляло миллионы в 1964 году. Роланд уверен, что Тауэр держал этот участок земли для них. Подсознательно он был хранителем розы и сопротивлялся продаже участка, пусть за него ему и предлагали большие деньги. Однако Балазар и его молодчики могли запугать его до такой степени, что он продал бы пустырь, пусть все и вся говорили бы ему, что делать это нельзя.
140
Эдди поначалу не хочет их пробовать, потому что они напоминают ему ядовитые грибы, которые подавали в романе Ширли Джексон «Мы всегда жили в замке». Это первое прямое упоминание Джексон в эпопеи, однако эпизод с лотереей, который Эдди и Сюзанна видели в Луде, слепок с ее одноименного рассказа.
141
В «Черном доме» Джек Сойер отправляется в Прыжок во время своего первого сна о Спиди. «Безумные звуки этого смеха последовали за Джеком Сойером в темноту между мирами» (ЧД), то есть речь, похоже, идет о тодэшных пространствах. Позже, когда Джек вспоминает, как переходить из реальности в реальность, он растворяется в тусклом сером сиянии, аналогичном тому, что увидел Роланд на месте своих друзей, но в случае с Джеком сияние полностью исчезает, когда он материализуется на другой стороне.
142
На настенном календаре, что висит около стола Тауэра, изображен Роберт Браунинг, автор поэмы «Чайлд-Роланд дошел до Темной Башни». Магазинного кота зовут Серджио, кивок в сторону Серджио Леоне, режиссера спагетти-вестернов, во многих из которых в главной роли снялся Клинт Иствуд.