Теплое дыхание Торина коснулось ее уха.
– Знаешь ли ты, что человеческий желудок должен образовывать новый слизистый слой каждые две недели, иначе он переварит сам себя? Кроме того, я провел исследование и обнаружил, что жуки на вкус как яблоки, осы – как кедровые орехи, а черви – как поджаренный бекон.
– Тебе известны странные факты, – сказала она, и тряска прекратилась. – Но вообще-то жуки на вкус как арахис.
– Я запомню это.
– Нам нужен отвлекающий маневр, если мы собираемся отправить девушек домой и не вовлекать в битву, – предложила Кили. И есть только один способ провернуть это. – Я позабочусь о Люцифере. Ты переправишь их через портал, затем вернешься за мной.
Она могла перемещаться по все этой реальности, но не в силах повторно пройти через портал и оставить этот мир без Покрова.
– Завтра мы серьезно поговорим об удалении твоих серных шрамов. Что если мне нужно будет перенести тебя подальше от опасного места, когда ты придешь за мной?
– Считай, что их больше нет, – сказал он, удивив ее. – Но мне не нравится твой план. Не нравится даже мысль, что ты останешься с Люцифером.
– Торин…
– Хотя я знаю, какая ты умная и могущественная, – продолжил он, – поэтому ожидаю, что ты будешь осторожна. Одна крохотная царапина, и я рассержусь.
Причин удивляться стало еще больше.
– Жаль, что не могу поцеловать тебя, – сказала она. "Позже", – подумала Кили с дрожью. Вознаграждение для них обоих… к черту последствия. – Ты тоже будь осторожен, или уже я разозлюсь.
Затем она переместилась недалеко от тронного зала, оставив Торину Покров.
Демоны заметили ее и бросились вперед. "Простите мальчики, но я не собираюсь торчать здесь ради вечеринки с вами". Кили толкнула двери и шагнула внутрь, также как делала, когда Гадес брал ее с собой, чтобы навестить "сына".
Люцифер вскочил на ноги, торжественно улыбаясь.
– Киликаель. Как неожиданно. Я слышал, что ты освободилась и надеялся на твой визит. – Он обвиняюще на нее посмотрел. – Но не ждал, что ты станешь выглядеть так… отвратительно.
Она вздернула подбородок. Это потому что она не в одном из своих платьев. Подумаешь.
– Я слышала, ты планируешь свергнуть Гадеса. – Люцифер наклонил голову, даже не пытаясь отрицать этого. – Хотел бы заручиться моей поддержкой? – закончила она, и он рассмеялся.
Люцифер даже не колебался.
– Хочу.
Кили пристально осмотрела зал. Теперь она даже не могла заметить Торина, когда вышла из-под Покрова. Что он делает?
– Подойди, – сказал Люцифер и махнул ей. – Давай повторно познакомимся.
Такой официальный и учтивый, такой лживый.
– Я впечатлена, – сказала Кили… и осталась на месте. – Если ты хочешь общаться со мной здесь, значит сделал то, что не получилось у Гадеса, ты заставил демонов полностью подчиниться и уверен, что они не предадут тебя. Он никогда не озвучивал публично слова, которые они могли передать кому-нибудь.
Он сжал челюсти.
Прямое попадание. Она только что напомнила ему, что они не могли открыто говорить перед его солдатами. Эти друзья могли… а скорее всего и делали… насплетничать Гадесу. Теперь, когда Люцифер проводит ее из тронного зала, это станет выглядеть как его идея, а не ее.
– Ты права, – сказал он. – Я подчинил их. Но вдруг понял, что ты бы не смогла комфортно устроиться здесь.
Не получилось не ухмыльнуться.
– Это так.
Когда он подошел ближе к ней, Кили заметила коварный блеск в его глазах… который он не смог скрыть. Зло! Бесконечная яма отчаяния.
Он предложил ей опереться на его руку.
Хотя она скорее бы выколола себе глаза, но все же приняла ее. Люцифер повел ее через лабиринт запутанных коридоров, где демоны совокуплялись отвратительными способами, прямо в хозяйскую спальню, которая оказалась пособием по гедонизму[33]. Черный атлас, черный бархат, черная кожа. Сексуальные игрушки и оружие висели на стенах. Повсюду зеркала. Свечи разгоняли тьму.
Демоны кинулись к нему, неся подносы с едой. Через несколько минут первоклассный обед стоял на столе, который занимал центр комнаты. Люцифер всегда хотел произвести хорошее впечатление. Нравилось, чтобы люди думали будто он заботится о них, любил начинать общение с любезности, играл роль помощника или любую другую, заставлял думать, что его цель желанна, а затем, когда человека по-настоящему завербовывал, щелкал психическим переключателем. Это все игра, он играл.
Он выдвинул ей стул, и Кили села.
– Не стоит быть таким обходительным, – пробормотала она. Пытаясь заложить основу, которую он планировал вырвать из-под нее.
Он налил ей в стакан жидкость, которая выглядела как вино, но это могла оказаться и кровь, и наполнил тарелку, но Кили не могла узнать и половины того, что лежало на ней. Так или иначе она откусит немного.
Наблюдая за ней, он откинулся на спинку стула.
– Мои источники говорят, что ты присоединилась к Повелителям Преисподней.
В его голосе прозвучали отголоски ненависти, и она могла догадаться почему. Он думал, что Повелители должны последовать за ним, позволив демонам управлять их жизнями. И то, что воины продолжали сопротивляться злу внутри них, стало препятствием в его дьявольских замыслах.
– Да, это так, – согласилась она. К чему отрицать? – Твои источники также рассказали тебе, что хранитель Болезни заражал меня снова и снова? Что он бросал меня множество раз?
В ее голосе прозвучала обида?
Определенно. Хоть ей и ненавистно говорить гадости о Торине, а тем более врагу, но истина есть истина, и это невозможно отрицать. По крайней мере это придавало правдоподобности ее прикрытию.
Она ковырялась в еде, изображая интерес.
– Так или иначе почему тебя это заботит?
– Заботит? – он рассмеялся. – Люблю иметь возможность выбора, сладкая. Вот и все.
– И ты действительно веришь, что Повелители – один из вариантов? – Кили не смогла скрыть недоверие в своем тоне.
Люцифер посмотрел на нее, и она мысленно выругала себя. Нужно действовать осторожно и не раздражать его, подвешивая приманку, до которой он никогда не сможет дотянуться, прямо перед носом. Он защищен. И если Люцифер решит, что Кили ему больше не нужна, то ее силы на нем не сработают.
Дверь его спальни распахнулась, и демон похожий на гориллу ворвался внутрь.
– Трое узников попытались сбежать, мой повелитель, но не ушли далеко. Они ждут вашего наказания.
Кили застыла. Торин, Виола и Пандора? Возможно. Миссия провалена! Время для антикризисных мер.
– Где они? – спросил Люцифер, такой же спокойный, как и раньше.
– В тронном зале, мой король.
– Приведите их сюда.
Не колеблясь, демон умчался прочь.
С пересохшим горлом Кили спросила:
– Что ты собираешься делать с ними? И почему две женщины прикованы рядом с троном?
Его мрачные глаза заблестели, при взгляде на нее.
– Каких действий ты хочешь от меня? А это должно принести мне наслаждение.
– Отпустить их?
Он улыбнулся и покачал головой.
– У тебя всегда было доброе сердце. Надеюсь, что Гадес заставил тебя стать жестче.
Он пытался, постоянно, если бы не Мари… а затем Торин.
– Знаешь, выбор времени для спасения кажется мне странным, – сказал он, его слова прозвучали небрежно. – Ты имеешь к этому отношение? С твоим прибытием мне сообщают о попытке побега.
– А мне кажется странным тот факт, что твои заключенные не попытались убежать раньше
– Эм, – все, что успел сказать Люцифер, прежде чем притащили трех узников.
Кили сдержала вздох облегчения. В конце концов, не Торин с Виолой и Пандорой, но рыжеволосый воин… безусловно, Баден… такой же дух как Кронос и Рея. На всех надеты змеиные наручники.
Ну, ну. Глаза сузились, когда она посмотрела на Кроноса. Мужчина, в чей тюрьме она провела долгие века, и который сыграл зловещую роль в смерти Мари. Хотя месть его телу у нее украли, множество вещей можно вытворить с его духом…
33
Гедонизм – этическое учение, согласно которому удовольствие является высшим благом и целью жизни.