— Помню. Уже выключаю, — и я убрала мобильный в карман, — увидимся в перерыве в кафетерии?
Симона обрадованно кивнула.
Я сегодня дежурю в залах по искусству восемнадцатого века. Хотя, на мой взгляд, это китч один, а не искусство. И персонажи все какие-то толстые, мясистые, жирные и похотливые. Порно в стиле барокко, честное слово!
В уголке зала студент-художник углем пытался скопировать одно из полотен. Мы перекинулись парой слов, и я понаблюдала, как он рисует лошадь. Редкие посетители задерживались перед картинами Рейнольдса, Гейнсборо и, разумеется, Тёрнера. Потом мы с Симоной пошли обедать. Она без умолку болтала о каком-то парне, который ей нравился. В общем, Симона вела себя довольно мило, но я все равно была рада вновь оказаться одна в своем зале.
После половины шестого исчез и студент-рисовальщик, и остальные посетители. Я присела на канапе и стала рассматривать одну из работ Констебля, перед которой мало кто обычно задерживался. И краем глаза вновь заметила какое-то странное движение. Только на этот раз двигался не пейзаж. Готова поклясться, это шевелился портрет Сары Сиддонс![16] У меня похолодело внутри. Я подошла поближе. Да, это не пейзаж Авалона, и здесь нет ни ветра, ни коз. Портрет Сары Сиддонс. Движется!
— Мисс Морган, — послышался голос моего шефа мистера Биглоу, — вы свободны на сегодня, идите домой.
Я вздрогнула и обернулась.
— Какая была женщина, — продолжал мистер Биглоу, кивая на портрет Сиддонс, — а какая актриса! Лучшая актриса своего времени! Величайшая. И какая красавица!
И шеф исчез за дверью. Я еще раз присмотрелась к полотну. Нет, я не ошиблась: справа от головы актрисы двигалась какая-то тень!
Я поспешила последовать совету мистера Биглоу и покинула музей.
Да, я была права, с Кайраном шутки плохи. Мстительный, злопамятный пакостник! Уроки истории для всех нас превратились в пытку. Тест следовал за тестом, одна контрольная за другой, вопросы сыпались автоматной очередью, и на каждом уроке учитель сдирал с нас все шкуры. Да, больше мы с мистером Дунканом не играем. Доигрались! Для этой забавы остается мисс Эйл.
Кайран измучил меня этими вечерними бдениями у него в кабинете. Я приходила к нему каждый день, кроме одного вечера, когда я дежурила в музее. Магией мы больше не занимались. Но через десять дней я уже знала и об афере с бриллиантовым колье, и о самой Французской революции, и о Наполеоновских войнах, и даже о февральской революции[17] — одним словом, изучила всю французскую историю с эпохи Людовика XVI до Первой мировой войны.
Зато в субботу киновечер с друзьями прошел душевно, почти как ДЛ, то есть до Ли, как выразилась Николь. У нас теперь все разделилось на до Ли и после Ли. Он был где-то далеко, и его чудовищно не хватало. Уже больше месяца ни слуху ни духу!
Я решилась на один отчаянный шаг. В воскресенье после одиннадцати, когда мать уже ушла в паб, я пришла в Гайд-парк. Не уверена, что эксперимент удастся, но попробовать стоит. Однако подойти к пруду Серпантин, к самой воде, оказалось практически невозможно: мешали либо изгородь, либо толпы народу. Пришлось пройтись вдоль берега до самого итальянского сада с его фонтанами. Но и там была толпа, несмотря на дождь. Может быть, хотя бы вокруг круглого пруда в Кенсингтонском парке будет пусто? Если нет, просто вернусь домой.
Разумеется, и там кто-то гулял. Я собралась было убраться восвояси, но заметила еще один пруд во дворцовом саду. Поскольку я уже промокла под дождем, терять мне было нечего, и я опустилась на колени в тяжелых мокрых джинсах и уставилась в воду. Видно было плохо, дождь замутил воду, едва можно было разглядеть дно. Однако вскоре я все-таки увидела уже знакомую картинку — скалу и в ней пещеру. Изображение было размытое, нечеткое. Дождь полил с новой силой, на этот раз уже вместе со снегом. Обычная погода для середины февраля, но теперь вот совсем неподходящая! Кроме того, я страшно замерзла, руки онемели, пальцы не гнулись. Пойду домой. В полном унынии я вернулась домой, намереваясь отогреться горячим какао и ванной.
— Привет! Есть кто дома? — долетел до меня голос из ванной, где как раз наливалась вода.
Я выронила из рук чашку и, вооружившись кухонным ножом, прокралась в ванную комнату.
Возле раковины стояла Милдред.
— Милдред! Ты откуда взялась?
— Из ванны, разумеется, — отвечала нимфа, — тебе привет от Кайрана. Он в понедельник не придет на уроки, уехал из Лондона до среды. Случилось третье убийство. Не паникуй, тебя в нем не обвиняют. С тебя уже и по поводу первого подозрения почти сняли. Кайрану поручено обследовать место преступления и навести кое-какие справки. Остальное уладит Дагал. Это еще один королевский охранник. Ты в порядке?
16
17