Действительно ли он ушел на этот раз? Или он устроил новую ловушку? И если он ушел, разве он не вернулся бы с помощью? Не было ничего, что могло бы помешать Фоггу настроить дистортер на автоматический возврат в течение определенного времени.
Но Фогг может надеяться, что Немо подумает именно так и поспешит отключить дистортер до того, как Фогг и компания вернутся.
Немо был в крайне нерешительном состоянии, чуждом этому человеку с большим интеллектом и быстрым действием. Если он войдет через любой из входов в переднюю рубку, он попадет под огонь человека, чьи хладнокровие и точность были доказаны в Бунделкунде.
Более того, Фогг затаится в полумраке. Окна были закрыты ставнями, и хотя он мог их открыть, чтобы пропустить немного света, он подставит себя под огонь. Фогг ожидает, что Немо попробует это, и поэтому будет готов. Рубка была построена из тонких досок, через которые пули Фогга могли его найти, даже если Немо будет стоять в стороне.
Немо постоял на палубе минуту, а затем отступил. Только бы Фогг не нашел документы начальника. От дистортера придется отказаться. С этим ничего не поделаешь.
И только бы Паспарту был еще жив.
Немо не ожидал, что Фогг сдастся в плен, чтобы спасти Паспарту. Такое случалось только в романах. Фогг знал, что его убьют, если он сдастся. Немо сам уже не хотел бы держать его в плену. Возможно, им двоим удалось приплыть на корабле в какой-то порт, но Немо не мог достаточно долго не спать. И он не мог больше рисковать при живом Фогге. Англичанин был слишком хитрым.
Паспарту сидел спиной к переборке главной каюты. Его лоб и нос были залиты кровью, а взгляд — тусклым.
Тем не менее он плюнул в Немо.
— Хорошо! Ты все еще жив! — усмехнулся Немо.
Паспарту не ответил.
Немо обыскал его, но не нашел оружия. Он поднял Паспарту левой рукой, его револьвер застрял на поясе, и толкнул его вперед. Француз растянулся на палубе, но, поднявшись снова, смог удержаться на ногах.
— Если твой хозяин готов заключить сделку, выгодную всем, хотя некоторые потери для всех неизбежны, ты останешься в живых, — сказал Немо.
Он ткнул Паспарту стволом револьвера в спину, и они направились к передней рубке. Стоя у входа в каюту второго помощника, Немо выкрикнул условия. Его голос звучал очень тихо, и он не был уверен, что Фогг его слышит. Или, если на то пошло, что он все еще в рубке. Фогг мог ускользнуть, пока Немо был занят французом, но сам Немо так не думал.
После короткого молчания голос Фогга донесся из рубки.
— Очень хорошо! При условии, что вы расскажете мне, что случилось с людьми на этом корабле. Я не ожидаю, что вы расскажете мне что-нибудь о своих людях, что может раскрыть ваши секреты.
— Я не могу рассказать вам подробностей, потому что у нашего человека не было времени, чтобы рассказать мне подробности.
Чтобы слышать Немо, Фогг должен был встать близко к двери.
Возможно, если бы он сделал два быстрых выстрела, по одному с каждой стороны двери?.. Пули пройдут сквозь тонкую доску. Но нет, это было слишком рискованно.
— Все это кажется загадочным, — продолжал Немо. — Но подобные вещи случались раньше и, несомненно, повторятся снова. Как вы могли заметить, есть признаки поспешного ухода, но нет признаков насилия. На судне находится груз из семнадцати сотен баррелей спирта, содержащихся в бочках из ели и красного дуба. Это очень опасно, и любая неосторожность может стать источником взрыва или пожара. Но такого не было. Корабль был оставлен не из-за этого. Моряки оставили свою одежду, морские ботинки, шкурки и свои курительные трубки. Таким образом, можно сказать, что у них не было времени. Они побросали все. Даже трубки. Очевидно, что несчастье произошло во время обеда, так как нет брошенной еды.
— Оставшегося на борту звали Эдвард У. Хед[10], и он был поваром и стюардом, — продолжал Фогг. — Не важно! Должно быть, он твой начальник.
— Только совпадение, — пояснил Немо. — Мы отказались от этого древнего, но бесполезного обычая использовать имена, которые указывают на функции человека.
— Возможно… — протянул Фогг.
Немо стало интересно, что еще он знает.
— Он умер? — спросил Немо.
— Да.
— Возможно, ты заметил, что навигационная книга, секстант и хронометр отсутствуют, — продолжал Немо. — Очевидно, капитан — кстати, его звали Бриггс — успел их схватить. Другие вещи, такие как одежда, оставлены. Также нет продуктов из кладовой.
— Где шлюпки? Что насчет спасательной шлюпки?
— Одна шлюпка осталась в Нью-Йорке. Ее повредили при загрузке бочек. Несколько упали с обвязки, и капитан Бриггс не хотел задерживать корабль, пока лодка ремонтировалась. Она могла вместить десять человек, но была меньше и не настолько мореходна, как вторая.