Как же его, наверное, шокирует действие, развернувшееся сейчас перед ним!
«Думаю, мой ангел — начинающий вуайерист[12]».
«Ты заставила меня ступить на темную дорожку, чародейка». — Тронос изумленно наблюдал за происходящим, но был не в силах отвернуться.
«Ты, правда, никогда раньше не видел пар, горящих в огне страсти?» — Их руки почти соприкасались на скамейке.
«Никогда. Я каждый раз отворачивался». — Его мизинец коснулся ее, и это едва ощутимое прикосновение, словно током пронзило кожу Ланте.
«Почему же тогда, смотришь сейчас?»
«Потому что вижу на месте демона себя, а тебя на месте его женщины. Потому что я жажду того, что почти получил в храме».
Демонесса застонала громче. Волар когтями впился в скалистый грунт.
Ланте сглотнула.
«Что ты планировал со мной сделать?»
«Впервые в моей взрослой жизни у меня не было плана, только импульсы». — Неожиданно Тронос накрыл своей рукой ее руку. Его ладонь оказалась горячей, огрубевшей от мозолей.
Она посмотрела на него. Густые, темные пряди волос, спадающие ему на лоб, доставали почти до ярких глаз. Их цвет был таким же, как у выступающей из скалы руды.
Горящее огнем расплавленное серебро.
Мокрая рубашка облепила широкие плечи и мускулистую грудь. Его, чаще всего, крепко стиснутые челюсти были расслаблены; жесткая линия губ смягчилась, позволяя ей мельком увидеть его истинное выражение лица: мужественное, притягательное, достойное воздыхания.
Её сердце учащенно забилось в груди. Неотразимый военачальник.
Его лицо раскраснелось от волнения, словно только что он впервые познакомился с флиртом.
Ох, подождите. Вероятно, так оно и есть.
«Насколько далеко ты бы позволила мне зайти тогда в храме, Меланте?»
Она чувствовала себя ошеломленной, теряя все запреты в отношении этого мужчины. Между прочим, он смотрел в ее глаза, окрашенные металлическим блеском желания.
«Честно говоря, не знаю».
Когда она отдернула руку, он нахмурился.
«Если бы мое решение основывалось только лишь на физической привлекательности, то…» — Она повернула руку ладонью вверх и переплела свои пальцы с его.
У него перехватило дыхание. Его рука прижата к ее, их пальцы переплетены.
Они идеально подходят друг другу.
«Ты бы приняла меня? Раскрыла для меня свои бедра?» — Он надавил основанием ладони, делая сжатие столь чувственным.
Она прикусила нижнюю губу.
«Но ведь это основывается не на одном лишь физическом влечении, верно?» — Как мог простой контакт рук, так ее возбудить? Её соски напряглись, лоно увлажнилось.
Отвернувшись от него, она посмотрела на влюбленных. Волар смотрел на демонессу с неприкрытым обожанием. Сжимая ее грудь, он вбивался бедрами в трепещущую от возбуждения женщину.
Осознавал ли Тронос, что потирает ладонью руку Меланте в одном ритме с движениями Волара? Их ладони были горячими от трения, каждым движением Тронос посылал волны удовольствия через ее тело.
Она судорожно выдохнула. Мог ли он заставить ее кончить только от этого? Определенно новое значение термина ручная работа.
Она видела, что Тронос смотрел на нее, когда она наблюдала за демоном и его женщиной; теперь Ланте наблюдала за тем, как Врекенер мерцающими глазами наблюдает за развернувшейся перед ними страстной сценой. После телепатического общения, она легко скользнула в его мысли.
Он против желания наслаждался нечаянным подсматриванием, потому что это нравилось ей, и еще потому, что это был их греховный секрет… то, что они делали вместе. Ему хотелось, чтобы между ними было больше секретов. Ланте чуть не усмехнулась, когда поймала еще одну его мысль. Он раздумывал, сколько еще боли мог причинить ему набухший член: Должен же быть предел.
Ох, надо же! Они могли бы узнать об этом вместе?
Когда демонесса обхватила руками рога Волара, Тронос приглушенно застонал.
«Недавно ты делала со мной тоже самое».
«Ты хотел бы, чтобы я сделала это снова?»
Нерешительность. Затем:
«Я не стану врать. Я бы очень этого хотел. Твои нежные ладони на мне, обхватывающие меня».
Краем глаза она заметила, как его напряженный член пульсирует в штанах. Ее плоть сжалась в ответ.