Никаких круглых форм, как в фильмах про рыцарей — наоборот, острые, хищные очертания. Чем-то на гладиус[26] смахивает, а чем-то — на крис[27]. Этакая непонятная помесь — не прямая, но и не гнутая. Лезвие не волнистое, но и не строго прямое — немного изогнуто, стремясь вниз. Вроде бы на кукри[28] похоже, но… рукоять совершенно другая. Сначала движется вниз, туда, куда и клинок, образуя дугу, а затем — плавно уходит в обратную сторону, меняя всю форму меча. Более того — это зеркально дублируется! Самый конец лезвия, да треть клинка до него слегка приподняты вверх, словно стремясь взлететь ввысь, к горлу противника. И заточка — до ужаса непонятная. Обоюдоострые грани, кровосток и аккуратные скаты — научиться биться подобным будет явно непросто… Зато пото-ом…
Цвета все это непотребство угольно-серого, почти как кострище после огня. Черный пепел, коли можно так выразиться. С искорками. Блестящими. Завораживающими взгляд… и душу.
Плохо осознавая, что происходит, я легонько оплел пальцами рукоять. Затем, продолжая движение, повел им по режущей кромке. Что-то подсказывало — надо сделать именно так.
Сзади раздался испуганный "ох" кузнеца — такой глупости он явно не ожидал. На удивление, все обошлось. Задумчиво поднеся руку к лицу, я осмотрел кожу ладони. Ни малейшей царапины. Взгляд метнулся на стол сбоку, где валялось пару вусмерть истерзанных точильных кристаллов, а также на груду железок в углу — всю во вмятинах, засечках и заусенцах. Зуб даю — дварф колотил моими клинками по ним, прикидывая примерную прочность.
Кузнец, не говоря ни слова, подошел ближе. Поморщившись, выдернул волос из своей бороды и до ужаса показушно занес его над мечом. Отпустил. Я ошеломленно захлопал глазами: волос разрезало на лету. Не поверив, еще раз прикоснулся к клинку — голой, незащищенной ладонью. Нулевая реакция. Подумав немного, сжал кисть посильнее, обхватив лезвие целиком. Ни-че-го.
Дварф, хмыкнув, аккуратно вытянул пальчик и едва коснулся режущей кромки. На коже мгновенно появился разрез и тут же закапала кровь. Я перевел взгляд на свою руку и лишь покачал головой. Мистика.
Стоп! Стоп, стоп, стоп. Лишь сейчас до меня дошло, что мечи…светятся?! Тусклая, едва заметная аура, слабее самого блеклого ночника. Я перешел на магическое зрение и охнул от изумления: шпинель начала пожирать клинки в буквальном смысле этого слова. "Галактика", до этого находившаяся внутри камня, теперь выползла наружу и подобно чуме начала расползаться во все стороны. Так очаги заражения изображают на карте: из маленькой точки — в огромную область. И как это понимать?
Превращение из куколки — в бабочку. Эволюция, мать ее. Самый, что ни на есть, многосоставный клинок. Многослойный материал, идеально смешанный между собой. Полноценный гибрид. Была обычная железяка — а станет магической. Дварф, судя по его поведению, ничего не заметил. Неудивительно — он же не маг. Интересно, что будет, когда процесс завершится?
С одной стороны — хорошо. Что-то подсказывает, что архимага таким заколоть — проще простого. С другой — до ужаса плохо. Как теперь на люди выйти? В смысле, в другой город на черный рынок. Если любой видящий чары способен это заметить — проблемы мне обеспечены. Отобрать захотят, присвоить. Через мой труп, естественно. Тьфу! Без мечей пойду — будет возня, с мечами — тем более. Выбирай из двух зол, называется…
До самого вечера мы тестировали клинки: колотили ими по железякам, жгли огнем, пытались вытравить кислотой… Одним словом, усердно старались подпортить товарный видок. Надо ли говорить, что все до единой попытки провалились с оглушительным треском? Клинки были устойчивы к любым внешним воздействиям, попросту не замечая попыток вредительства.
Наконец, устав вусмерть, мы закончили экзекуцию. Недостижимый идеал создан, и он — в моих лапах. До сих пор чувствую жуткую радость, когда касаюсь этих мечей…
Носитель с нетерпением заскулил, бомбя меня мыслеобразом ветра — остроухому жутко хотелось на волю. Стремительно двигаться, рассекая лезвием упругий слой воздуха… Менять траекторию, то замирая то ускоряясь и отрицая законы инерции… Танцевать, кружась в вихре смерти. Посмотреть, на что клинки ДЕЙСТВИТЕЛЬНО способны. Надо ли говорить, что я был только за?
Кузнец еще долго смотрел вслед необычному клиенту. Тот медленно удалялся, с подозрением оглядываясь по сторонам и трепетно прижимая к груди сверток. Мягко и бережно, словно ребенка. Почти что баюкая. Дварф цыкнул зубом и, развернувшись, устало направился в кузню. Вот так и рождаются легенды. Буднично. Хотелось напиться.
Глава 7. Я достаю из широких штанин
Последующие несколько дней я не вылезал из подвала — оттачивал мастерство. Дроу, наслаждаясь контролем над телом, просто порхал в воздухе, проводя "бои с тенью". Вернее — тенями. Казалось, от смертоносного лезвия нигде нельзя спрятаться — клинки рассекали воздух со свистом в таком количестве плоскостей, что оставалось лишь пожалеть врагов остроухого.
Чтобы не скучать, я пытался создавать заклятия на ходу. Для начала — простенькие, тот же "щуп" или "кнут". На первых порах было до ужаса неудобно, затем — постепенно втянулся. Главное — отстраниться, да все делать плавно. Ощущения были такие, словно делаешь два дела сразу — причем разных. Например, размешиваешь чай одной рукой, а другой — режешь еду. Или — пишешь на бумаге, одновременно рисуя. Одной рукой- ровную линию, другой — волны. Некая двойственность, мешающая координации. Носитель рубится — я колдую. Он двигает тело, я — манну. И в таком духе далее.
Когда с щупом стало более-менее получаться, я замахнулся на большее. Выбор пал на огненный шар, как на самый простой в построении. Трудности не заставили себя ждать — сосредоточиться было до ужаса сложно. Невольно вспомнилось одно детское упражнение: когда левой рукой берутся за кончик носа, а правой — за противоположное руке ухо (левое). Затем одновременно отпускают ухо и нос, хлопают в ладоши и пытаются поменять положение рук "с точностью до наоборот". Тут было намного хуже — раз за разом я сбивался, силясь построить каркас. Попытайтесь на бегу мысленно нарисовать апельсин — причем ровный, без кожуры, дольками. Более того — при этом машите руками в разные стороны, раздавая оплеухи и одновременно уклоняясь от воображаемых атак. Попробовали? Теперь вы поймете мои муки…
На помощь невольно пришло еще одно детское упражнение: "Живот и Ладошка". Одной рукой — легонько стучать себя по макушке, другой — гладить живот круговыми движениями. Затем, не останавливаясь, резко поменять руки местами и попытаться продолжить. Примерно так же происходило и здесь: слишком разными и непохожими были наши воздействия. У носителя — резкие удары, увороты и ускорения. У меня — плавное создание заклинания, неспешное и неторопливое. Нужно было всего лишь одно: совместить их. Но как?!
Любое сложное целое всегда разбивают на части — не так ли? Пробуем! Прекратив колдовать, я затих. Затем, наблюдая за "танцем с мечами", попытался войти в ритм. Прямой удар, разворот. Косой взмах, подскок, укол. Уход, разворот, блок и защита… Приноровившись к движениям дроу, я начал составлять заклинание. Медленно, по частям, словно конструктор. Он ударил — я нарисовал одну линию. Отскочил — добавил другую. Выставил блок — третью. Увернулся — четвертую.
Приноровившись, я понял, в чем делал ошибку: пытался создать заклятие сразу, цельным и завершенным. Слишком сложно — на бегу для такого нужна просто огромная концентрация. А так, по частям, держа их в ухе и с каждым движением дополняя — куда легче.
Апофеозом тренировки стал момент, когда я закончил рисунок каркаса. Запитать огнешар оказалось довольно легко — знай, да выпускай энергию из себя, делов-то! Шарик получился маленьким, слабым и нестабильным — выдержав секунд пять, от исчез в вспышке пламени. Но… Он получился!!! Начало было положено. Глядишь, скоро отстреливаться научусь. На ходу. Без остановок.
26
Гладиус — короткий прямой римский меч. Использовался Римскими легионерами и гладиаторами
27
Крис — длинный кинжал с ассиметричной формой клинка и волнистым лезвием. Является древним оружием Индонезии, Филлипин и Малайзии. Изготовлен из многослойной стали, внешне похожей на дамасскую
28
Кукри — длинный непальский нож, по форме похожий на бумеранг с заточкой по вогнутой грани