Пронзительно вереща, из рощи карликовых деревьев высыпало еще штук семь-восемь монстриков и бесстрашно бросилось в атаку. Увы, поживиться им было не судьба — охранники отбились без особых усилий, грамотно прикрывая друг-друга и не давая животным прорваться сквозь строй. Все было закончено в считанные минуты, но двинулся караван в путь лишь удостоверившись, что больше атак не последует.
За это время я как раз умудрился рассмотреть нападавших: этакая помесь злобного мопса, тиранозавра и бешенной крысы. Атрофированные передние лапы и прямохождение; массивная, по сравнению со всем остальным телом, голова, да длинный, мускулистый и омерзительный лысый хвост. Глаза по бокам, с перепонками, морда чем-то на ящерицу похожа. Частокол острых и мелких зубов впечатляет — штук сто, а то и поболе. Ушей нет, носа…наверное, тоже. Противная серая кожа, грубая и шершавая, сложно наждачка. Прочная, кстати, до ужаса — вон, как охранник мучается, тушку разделать пытаясь. Кстати, о тушках!
Воровато оглянувшись, я призвал Керро'тарн и, предвкушающе облизнувшись, приставил его к голове монстрика. Поток силы оказался довольно внушительным — тварь была на удивление живучей для своих размеров. Повезло, что их было так мало — могли и потрепать караван…
Тело судорогой пронзила сладкая истома — проклятый лук делился со мной полученной пищей. Едва сдерживаясь, чтобы не застонать от восторга, я перешел к следующей твари. Охрана повозок, наблюдая за моими манипуляциями, не сказала ни слова, но на всякий случай слегка отодвинулась. Припадочный же! Ходит, в трупы палкой тыкает и лыбится до ушей. Как пить дать больной, да возможно еще и заразный. Вдруг укусит? В общем, пусть тыкает — все одно вреда никакого.
Закончив с поглощением душ, я почувствовал себя снова живым. Ощущения были…божественными, по-другому не скажешь. Осунувшееся лицо даже немного порозовело, насколько, конечно, это понятие вообще соотносимо с цветом кожи у дроу. Впавшие щеки вернулись обратно, а вместе с ними выползли и глаза, до этого провалившиеся внутрь черепа. Еще несколько таких нападений — глядишь, и в форму вернусь.
Наконец, удостоверившись в безопасности дороги, караван двинулся в путь. Воины к тому времени как раз закончили разделывать последнего монстра — с чувством, с толком, с расстановкой. Не впервой видимо. Ворг, освидетельствовав мое поздоровевшее лицо, удивленно поднял бровь, но с расспросами домогаться не стал. А то, что я недавно на живой труп был похож, а сейчас — просто на уставшего человека (в смысле — дроу) — так это мелочи. Раз молчу — значит так надо.
Удобно, черт побери. Люблю дварфов. Не то, что женщины!
Опс. Нет, не в этом плане, и не надо тут намекать на мои "нестандартные" вкусы. Чего я бородатых и заросших? Фу, что за гадость и нелепые подозрения! Не в этом смысле, конечно, люблю. В плане характера и поведения.
До вечера атаки повторились еще несколько раз — небольшие стайки от пяти до дести особей, яростно вереща, выскакивали из зарослей и набрасывались на охрану. Те, слаженными действиями прикрывая друг друга, довольно быстро крошили монстров в капусту. Один раз в защите пришлось поучаствовать дварфам — тогда, когда твари напали около нас. Коротышки не сплоховали — один из бородачей, ухнув по-молодецки, взмахом секиры рассек гадину пополам. За что потом, кстати, получил нагоняй — шкура монстра была безнадежно испорчена и снятию не подлежала, хотя являлась довольно ценным трофеем.
После третьей атаки и подкормки душами я окреп настолько, что практически вернулся в строй. Ворг, наблюдая за моим здоровеющим лицом, только качал головой, хотя надо признать — одобрительно. Полудохлый дроу ему определенно нравился меньше. Вытребовав у командира охраны обычный лук и колчан стрел (энергию Керро'тарна было безумно жалко), я даже помог отбить четвертое нападение — когда тварей было слегка больше дюжины. Опаска из серии "а вдруг укусит" в глазах воинов сменилась уважением — четверо монстров были убиты мной еще на подходе и еще двое — во время боя с охраной. Было бы больше, но увы — глупые люди сильно мешались, вечно попадая на линию огня.
Испив поверженных тварей, я вернулся к дварфийскому фургону и пригорюнился. Эх, Sai'lle[19], Tai'lle[20]… Те бы не стали помехой…
Видения, образы, отрывки чувств. В сознание я пришел минут пять спустя, обнаружив в руках кинжал, а под ногами — груду щепок. Лук, выданный мне в аренду, преобразился: приобрел хищные черты и определенно улучшил свои показатели. М-мать, что это было?
Частичное единение мыслей? Неужели на носителя настолько сильно влияют поглощаемые души? Каждый раз, как проклятый рук попользую — в голове кутерьма начинается. Зуб даю — это была память дроу. Вернее — ее отголоски, этакие "куски жизни", недоступные моему пониманию, но крепко засевшие в подсознании. Как еще объяснить то, что теперь я знаю почти все названия боевых формаций воинов дроу?
Караван тем временем выехал к месту ночлега — огромному и на удивление ровному концентрическому кругу, свободному от какой-либо растительности. По всей границе были понатыканы столбики, распространявшие мерное гудение.
— Отгоняет тварей. — пояснил Ворг, подходя ближе. — Безопасное место.
С криками, кряхтением и матюками народ принялся разгружать повозки и стреноживать лошадей. В дозорные меня записывать не стали, чему я был до безумия рад — хотелось неспешно "переварить сожранное". На том день и закончился — разбив лагерь, мы встали на ночлег.
В таком ключе прошла еще половина недели — караван неспешно двигался, строго придерживаясь заранее спланированного маршрута. Ночевали только на безопасных кругах, не пытаясь покрыть максимального расстояния за день. Благодаря регулярным налетам монстров я окончательно выздоровел и даже "вошел в силу" — значительно увеличил свой колдовской потенциал. Радуясь возвращению Силы, принялся практиковаться. На всякий случай — в тайне от всех, вечерами, незаметно выскальзывая за пределы защитного круга. Афишировать свои способности не хотелось.
"Порыв ветра" с каждым разом получался все лучше и лучше, а магическое зрение теперь срабатывало почти каждый второй раз. Глядишь — полноценной боевой единицей стану!
На четвертый день случилось несчастье — или наоборот, смотря с какой стороны посмотреть. При поглощении Керро'тарном очередного убитого гада меня…накрыло. Если выражаться простым земным языком — то сплющило, приподняло и прихлопнуло до кучи, доведя до потери сознания.
Приходить в себя в луже воды — не самое приятное занятие, особенно если при этом тебя бьют по щекам. Вернее, пытаются — тело отреагировало на автопилоте и, уйдя из-под удара, скользнуло к обидчику. Лишь услышав окрики сзади, я окончательно очнулся и…тут же испуганно отпрыгнул.
Ворг, наконец получив возможность дышать, сдавленно захрипел и без сил завалился лицом вперед. Стоя за его спиной, оставалось лишь хлопать глазами, с ужасом осознавая, что только что произошло. Чуть не убил своего лучшего друга! Ну, конечно, не то, чтобы друга, да и не то, чтобы лучшего… Но и далеко не постороннего чело…дварфа.
Бородач, сипя и жадно глотая воздух, с трудом перевернулся на спину и укоризненно на меня уставился. Оставалось лишь смущенно потупиться:
— Рефлексы. Извини.
Отдышавшись и растирая шею, Ворг взглянул на меня…с уважением?!
— Силен. — констатировал недоросль, хватаясь за протянутую руку и с трудом поднимаясь. — Как цепью передавил — и ведь не скажешь, что на такое способен. Вон, какой хрупкий на вид. — и потыкал в меня пальцем.
Я не протестовал — после подобной ситуации дварф имел право и на б
20
Tai'lle — боевая формация дроу, малое звено (две пятерки воинов плюс маг, командир, лекарь)